Портрет Дори-Анны Грей

 – Хватит называть меня обжорой!

Парни загоготали, а я, подхватив поднос с грязной посудой, метнулась от стола. Только неимоверным усилием воли мне удалось удержать при себе чешущиеся руки и не отвесить обоим провокаторам по затрещине.

Оставив у посудомойки поднос, я двинулась к выходу, но замедлилась, проходя мимо старшекурсников у кофейной стойки. С ними стоял Яромир. Некоторые богатенькие детки имели дурную привычку не завтракать, называя ее аристократической. Они собирались по утрам у стойки и накачивались кофе, попутно перемывая косточки всем и вся.

Обычно меня не интересовали эти выпендрежники, но разве реально было пройти мимо Яромира?

Парни обсуждали женскую внешность! Я запрокинула голову и сделала вид, будто рассматриваю новогоднюю ель, украшенную стеклянными игрушками и бусами. На самом деле было чем полюбоваться, вот только я не видела ничего, вся превратившись в слух.

– Терпеть не могу, когда у женщин канапушки. Такая уродливая сыпь на коже, будто мухи обгадили, скажи.

– Точно. У благородной девицы кожа должна быть белой, чистой, без прыщей и пятен.

И на ощупь мягкой, чтоб потрогать приятно, и все такое.

– Ага, а не как у фермера дубленая. Скажи, Яромир.

Что там поддакнул Яромир – а я не сомневалась, что он того же мнения, что и его приятели – к сожалению, расслышать мне не удалось.

– Чего стоим? Кого ждем? – поинтересовались Виктор и Мстислав, зажав меня с обоих боков и технично выводя из столовой.

– Вас ждала, – процедила я сквозь зубы.

Дотерпев, когда, наконец, дойдем до лестницы, я резко раздвинула локти в стороны.

Аккурат угодила каждому под ребра.

– Уий!!

А сама припустила на женскую половину общежития.

– Дождешься у меня, пигалица! – донесся до меня голос Виктора.

– Ух, отомщу, – пообещал Мстислав.

– Жду не дождусь, – насмешливо пропела я. Но скорость не сбавила, даже оказавшись на безопасном расстоянии от парней. – Десять раз забудете.

На самом деле в комнату я торопилась не потому, что пыталась избежать трепки. Мне хотелось поскорее добраться до планшета.

И хоть с Яромиром у меня в этот раз ничего не вышло, я не отчаивалась. Главное, что мое преображение реально – его заметил Мстислав. Действие планшета – не выдумка моего больного воображения, измученного собственными комплексами, не сон и не бред. При помощи волшебной вещицы я могу влиять на свою внешность. Как же непредусмотрительно я оставила артефакт на тумбочке!

Влетев в комнату, схватила планшет дрожащими пальцами и включила.