Моя воля

– Хотелось бы выяснить, с кем он сотрудничает, – Китилья снова успела раньше, – кто поставляет ему сырьё, у кого учился. В общем, по возможности всё, что сможете рассказать.

– Вам, очаровательная леди, предоставлю самый полный рассказ, – отозвался Фаар. – А по каким причинам вы им столь пристально заинтересовались?

– Мы были вынуждены купить у него оружие, – Китилье абсолютно не мешало присутствие Сафиры между ней и собеседником, а также короля с другой стороны, что ещё больше раздражало предводительницу.

Впрочем, призналась себе, что вряд ли догадалась бы задавать такие вопросы. В Роге всё сырьё добывалось там же в горах, и кто с кем сотрудничает – известно каждому.

– И нам показалось, что при изготовлении оружия он помогает себе колдовством. Ставить под сомнение работу мастера кузнеца никто из нас не уполномочен, однако и пропустить что-нибудь, что может оказаться важным для безопасности его величества, тоже нельзя.

– Вы самая могущественная ведьма, – раздался голос короля, – и если уж даже вы не можете определить, всё ли в порядке с оружием…

– С оружием всё в порядке, – отозвалась Китилья.

«Мне!» – снова разозлилась Сафира. Эк у неё вышло перетянуть акценты на себя.

Когда это делал Лунар, Сафире только нравилось. Но сейчас возникло ощущение, будто спутница лишь мешает или, как минимум, хочет держать всё под контролем.

Однако к тому времени придворные мало-помалу начали догонять, пытаться пристроиться ближе к королю, завладеть его вниманием, и разговор сам собой затух.

Китилья позволила оттеснить себя мадам Кальян, подмигнув Сафире, и, похоже, начала незаметно перемещаться в сторону Тайру. Кто-то из подружек королевской фаворитки завладел вниманием господина Фаара.

Предводительнице пришлось в глубине души согласиться, что в поддержании пустых бесед ей с придворными не соперничать. Придумать другого вопроса она пока не смогла, да и его светлость вполне любезно переключился на новую собеседницу.

Поэтому Сафира не стала придерживаться изначального места, лишь расправила плечи, с тоской мечтая о полёте, и постаралась вырулить из первой шеренги.

Рядом оказался Кадим – впрочем, ему и положено было не выпускать её из поля зрения.

Предводительница на всякий случай наложила приказ молчать – саркастических комментариев слышать не хотелось.