Добро пожаловать в чудо

Вокруг стелился едкий дым, тут и там что-то горело, периодически ухая и потрескивая. Прямо перед ним рухнул тлеющий чемодан – и майор едва успел прянуть в сторону.

А вот и его сиденье. Почти вслепую шаря вокруг, Саша натыкался на сумки, потерянную в спешке обувь, осколки стекла и брошенные игрушки. Но никак не на нужный ему мешочек. В отчаянии выругавшись, майор заглянул под сиденье – бинго! Вот он, драгоценный подарок Маши.

Тело уже готовилось к марш-броску обратно, когда взгляд зацепился за кусок жёлтой ткани.

Подняв глаза, Дубков обнаружил и саму обладательницу солнечного платьишка. Девочка лет десяти. Похоже, испугалась творящегося вокруг и забилась под столик, где и сидела, тихо всхлипывая. Ни бежать, ни звать на помощь она не пыталась. Неужели никто не хватился малышки?

– Ты кто?

– Алиса… – протянула потеряшка, размазывая слёзы по лицу.

– Ну а я май… Дядя Саша. А ну-ка, иди сюда, Алиса. Надо вывести тебя из этой норы.

Так они и вышли из вагона – хотя, вывалились будет точнее. С мешком, зажатым под мышкой, и Алисой наперевес.

Едва завидев их, люди бросились на помощь. Женщины причитали и благодарили Дубкова. Мужчины хлопали по спине и по плечам – и от этого майору каждый раз хотелось упасть.

Георгий Иванович возник рядом и подхватил под руку.

– Ай да Дубков! Ай да…

– Здесь дети! – возмущенно крикнул кто-то из толпы.

– Ай да мамкин сын, – невозмутимо закончил Гоша.

Они шли по тоннелю весь день, вполне разумно предположив, что рано или поздно доберутся до выхода.

Но прошло рано, а затем и поздно, а свет в конце тоннеля так и не показался. Более того, им даже не попалось ни одного поезда – хотя последнее было как раз более-менее объяснимо.

– Дядя Саша, а почему мы так долго идём? – Теребила его Алиса.

Среди выбравшихся из поезда матери девочки не оказалось. Люди отводили глаза, разводили руками, некоторые особенно впечатлительные даже прослезились. Тогда-то майор Дубков и превратился в дядю Сашу. Так, по его твердому убеждению, было гораздо лучше, нежели всучить Алису одной из охающих тёток.

– Это очень длинный тоннель, самый огромный в мире, – соврал дядя Саша, сомневаясь глубоко в душе, а не лежит ли он без сознания где-нибудь в вагоне и не мерещится ли ему всё это.

Бесконечный тоннель – это никак не укладывалось в голове майора Дубкова. Хотя за последние дни там слишком многое не желало укладываться.

Через пару часов пришлось делать привал. Устали все, но больше всех капризничали дети.