Война с готами. Жизнь Константина Германика, трибуна Галльского легиона

Капитан-навклир, едва корбита выбралась из длинного ряда кораблей и лодок у многочисленных причалов, велел поставить прямой греческий парус.

– Наш Господь благоприятствует плаванью! – торжественно провозгласил он, обращаясь ко всему экипажу. – Без боязни посмотрите на заходящее солнце. Оно попрощалось с нами, но одновременно даровало отлив!

Две дюжины гребцов, пятерка матросов: большинство египтяне и сирийцы, трое германцев, кажется, фракиец. Но были и ромеи, римляне на греческий лад, несколько собственно греков.

Все радостно загалдели.

Отлив незаметно и мощно подхватил судно, а опытный рулевой с веслом на корме удачно сманеврировал, вывел «торгаша» на морскую гладь. Вслед за кораблем из порта вышли еще два судна, образовав караван, который так же неспешно и уверенно миновал Босфор, чтобы заночевать ввиду последнего маяка перед выходом в Понт Евксинский.

Когда-то сгоряча Босфор был прозван хитроумными греками-первопроходцами коровьим бродом. Освоенный и обжитой за сотни лет, он стал удобным и знакомым.

– Будем плыть днем. – За спиной Германика, наблюдавшего за огнями Константинополя, остававшимися за кормой, неслышно появился капитан-навклир. – У нас не боевой корабль, купеческий караван. Поспешаем медленно. Если Бог даст, достигнем Ольвии дней через десять-двенадцать максимум. Там наймем быстроходные речные судна, вроде тех, которыми спускаются к Понту северяне, уже с большим количеством весел, ведь придется идти против течения, и перегрузим на них товар.

– Я не сведущ в мореходстве, – честно признался трибун. – Больше только по Гомеру и представляю себе наш поход. Но ответь мне, любезнейший: а почему мы не можем сократить время пути за счет ночных переходов?

Египтянин сдержанно засмеялся:

– Вспомни, мужественный солдат, к чему привела отвага всем известного Одиссея. Он так стремился поскорее достичь своей страны, а может, истосковался по лону любезной жены, что понадеялся на удачу и пренебрег извечными мореходными законами.

В результате шлялся по бурному морю десять лет. Нет, трибун. Ходить ночью по морю могли только предки финикиян. По преданиям, они достигли совершенства в чтении воли богов по звездам, поэтому и отваживались плыть ночами. Говорят также, что на их судах были специальные устройства, позволявшие днем точно выверять курс корабля по солнцу.

Мне, кстати, когда-то предлагали приобрести подобное, – продолжал капитан. – Но я отказался.