А леший его знает!

За семью печатями

Пока мы узнавали подноготную потусторонников, трое потенциальных воров антиквариата отошли всего лишь на пару верст от болота. Так что ничего мы особо не пропустили, как я и обещал. Значит отошли, они на пару верст, а водяной уже заметно запыхался. Он, бедолага, уже и в лягушку оборачивался, и в каждой встречной луже окунался и даже оставшимся в ложбинках снегом обтирался, но ничего особо не помогало. Тяжеловато было Тритохе поспевать за лешим и злыднем, которые чувствовали себя на суше, как водяной в воде.

Дружкам приходилось то и дело сбавлять шаг и дожидаться товарища, телепавшего из последних сил. Тот уже и сам сто раз пожалел, что увязался с ними, но признаваться в этом, а тем более возвращаться назад, не собирался. Дух авантюризма, возродившийся в нем из повседневной тины-рутины, не позволял.

Поняв, что так они будут до вечера тащиться, леший, дождавшись Тритоху, предложил тому помощь.

– Дружище, при всем моем уважении, может я возьму тебя на руки? Так мы проворнее будем двигаться!

– Я что тебе невеста, чтобы меня на руках носили! – буркнул отдувающийся водяной.

 – Уж сам как-нибудь справлюсь. Это просто с непривычки.

– Не хочешь на руках, полезай мне на шею.

– Я что тебе жена, на шею залезть и ножки свесить!

–Тогда полезай за пазуху мне.

– Я что тебе дочка-спиногрызка!

– Тьфу, ты! – не выдержал Бульгун. – Ну, пеняй на себя, привереда! Мы больше тебя поджидать не будем. Ежели отстанешь, мы без тебя дело провернем.

Понял? Справимся ведь сами, Стопарь?

Атаман злыдней, не принимавший участие в перепалке друзей, лишь криво усмехнулся, давая понять, что целиком и полностью поддерживает заявление лешего.

– Э-э, братцы, так не пойдет! – выразил протест Тритоха. – Я так не согласен!

Злыдень, вспомнил, что у него в кармане рубахи завалялся коробок спичек, который где-то сперли его ухари, а он у них отобрал, чтобы те кабак случайно не спалили.

– Кстати, Тритоха, думаю от моего-то предложения ты не откажешься, – Стопарь вытащил коробок и потряс им.

 – Любой уважающий себя водяной, я слышал в старой легенде, не прочь попутешествовать в коробочке.

– Это в какой ещё легенде? – что-то не припомнил Тритоха.

– В той самой, где одна надводная царевна, прикидывалась лягушонкой в коробчонке, инкогнито путешествуя по весям, и вводя кого надо в заблуждение.

– А-а, про это слышал! – кивнул водяной.