Гукюн

Она висит с балкона, удерживаемая рукой того, кто ее толкнул и кого сейчас ненавидит больше всех.

– Ты правда хочешь умереть? – ненавистный голос, заставивший залезть на этот парапет и впервые задуматься о смерти, просачивается в каждую пору.

Он смотрит на нее сверху вниз, то расслабляет пальцы, и запястье девушки скользит вниз, то сжимает так сильно, что будто руку оторвёт.

– Потому что если да, то я тебе помогу, – поднимает уголки губ в обещающей страдания улыбке.

Ясмин кажется, она так и умрёт от остановки сердца, потому что ей страшно, хуже самоубийства оказывается страх насильственной смерти.

Она сама за него пытается пальцами уцепиться, не понимает, почему он медлит, ее не поднимает, и уже сомневается, что он не разомкнёт пальцы. Неужели картина кровью на мраморе будет тешить его взор? Ясмин такое удовольствие ему доставлять отказывается.

Арслан резко тянет ее наверх и, перехватив поперёк, поднимает и прижимает к себе.

– Я так и думал, – шепчет он и прядки волос за уши убирает.

Ясмин, как только паника отпускает, отталкивает его и, посмотрев разъярённо, даже обиженно, что ее так подло ударом в спину вниз столкнули, возвращается в спальню.

Арслан на это только усмехается и проходит следом. Ясмин рядом с ним с трудом на ногах стоит, его аура настолько тяжелая, что на плечи давит, и каждый шаг требует затраты всех сил. Он подходит со спины, кладёт руки на ее плечи. Ясмин шепчет себе «терпи», но не слушается, разворачивается, отталкивает его и уже через секунду утопает в постели, прижатая к ней его тяжестью.

– Я твой господин, ты или научишься повиноваться, или умрёшь, – Арслан отпускает ее и, приподнявшись, стаскивает халат с пытающейся его удержать девушки. – Смерть тут не так легка, как кажется. Я просто так тебя не убью, я тебе такие пытки покажу, что в следующий раз, дорвавшись до парапета, ты сразу прыгнешь.

– Ты можешь забрать моё тело, но моё сердце принадлежит ему, – выплёвывает слова ему в лицо Ясмин, пока он выворачивает ей руки и водит носом по его шее.

– Ещё одно упоминание о нём, и я вырву твоё сердце голыми руками, – Ясмин знает, что не угрожает, нет в этом пропитанном ядом голосе и намёка на пустую угрозу. Девушка притихает, руки расслабляет. – Я найду его, – целует в губы. – Прикажу привязать к четырём коням и разорву. Потом ты успокоишься?

– Потом я возненавижу тебя ещё больше, хотя куда больше.