Голос крови

«Вот! Вот когда кровь начинает бушевать и даже тормозов не видит! Вот когда лидерство прет и стыда не чувствует! Какая я все же пошлая и циничная! Как мне не стыдно нахально тащить мужчину в кровать и даже не стесняться говорить ему такие отвратительные вещи…» – думала Таня с опозданием.

– Танечка! – тихо и смущенно проговорил Александр Иванович. – Я тоже извиняюсь. Я вообще с женщинами очень скромный. Я их стесняюсь и даже не знаю, с какой стороны подступаться? Я очень обрадовался вашему предложению. Мне подумалось, что вот, наконец-то, и я стану мужчиной!

– Так у вас нет опыта в сексуальной жизни? – Таня выглянула из-за шкафа с совершенно неописуемым выражением на лице и круглыми глазами.

– Только не надо смеяться надо мной! Я действительно, девственник. – и опустил голову.

И тут Таня ужаснулась от нелепости своей наглости и своей страшной невоспитанности эгоистки! Она не знала, как теперь выйти из этой ужасной ситуации и стала, заикаясь, шептать еле слышно, потому что ей было очень стыдно:

– Извините меня, Бога ради.

Я такая нахалка, напористо на вас наехала и потащила в кровать, прикрывшись резус-фактором. Я, честное слово, не собиралась вас насильно заставлять быть со мной. Хотя вы мне нравитесь, если честно…. Извините!

Таня, красная, как рак, быстро натаскивала на себя одежду, а потом, как пробка, выскочила из процедурного кабинета.

Когда и как Александр Иванович ушел из кабинета она не видела…

Глава девятая

Эх, жизнь, наша жизнь…

Они не виделись почти месяц.

Таня решила, что он специально берет дежурства в те дни, когда не сможет с ней столкнуться. Конечно. Нельзя было так… некрасиво и жестоко, особенно про намеки на ухаживания. Сама предложила и сама же бессовестно упрекнула. А он и не собирался за ней ухаживать. Может она ему даже и не нравилась совсем. И вообще…

Тане было безумно мерзко внутри души и было даже очень хорошо, что он не попадался ей на глаза…

Но, в конце концов, и это произошло. Они как-то все равно оказались вместе на одном ночном дежурстве.

Когда же это случилось, первое, что она обнаружила на своей тумбочке, это огромный букет нежно кремовых роз, по краю отороченных темно-коричневым обводом.

Запах стоял одуревающий и Таня, наклонившись к букету, утонула в нем всем своим носом и задохнувшимся от счастья нутром, которое даже сжало спазмом.

– Может и, правда, нужно было начинать с букетов? – спросил вдруг Александр Иванович, тихо подходя сзади. – Это вам.