Запретные дали. Том 1

Рассмеявшись над отчаянными потугами обоих, Себастьян все же пошел навстречу «строгой врачебной интеллигенции» и попридержал Ласточку, усмиряя ее ласковыми поглаживаниями и заверительно-ласкательной интонацией.

Отвлекающий маневр удался, но теперь подпруга седла никак не хотела сходиться на пузе тучной Ласточки. Обозвав Ласточку «брюхатой гарпией», «строгая врачебная интеллигенция» смахнула невидимый пот с лица и, схватившись за подпруги, принялась тужиться изо всех сил, крепко зажмурив глаза и прикусив нижнюю губу, вызвав тем самым взрыв неукротимого смеха со стороны Себастьяна, которому вспомнилось, что мама точно с таким же видом рожала Лючию.

– Куда ж тебя так раскормили-то?.. – надрывно стонал Мартин, – Сильно беременные кобылицы и то похудее будут…

– Мартин, – умирая со смеху уже на пару с Ласточкой, молвил Себастьян, – оставь это!.. Ты так себя угробишь!..

– Пусть это будет последнее, что я сделаю, но я это сделаю! – решительным тоном заявил тот и прогромогласил, – Dum spiro, spero (лат.

Он еще поднатужился и, все-таки, застегнул тугую подпругу, приведя Ласточку в полнейшее замешательство внезапным появлением у нее осиной талии.

– Надо было брать вальтрап зеленого цвета, или, на худой конец, желтого, – недовольно пробурчал Мартин, любуясь на плоды своих тяжких усилий, – королевский синий для нее явно не предназначен.

– «Зато тебе в самый раз», – насмешливо подметил про себя Себастьян.

В то самое время Мартин, взобравшись верхом, смешно заерзал в седле, а укоренившись, натянул поводья и со всей дури вдарил Ласточке по толстым бокам.

Ласточка встрепенулась, недовольно фыркнула и не тронулась с места.

– Нежить ленивая! – выругался Мартин, продолжая свои жестокие побои, а нарвавшись на стремительную защиту Себастьяна, попросил того сорвать «хворостинку да погибже».

Сочувствующе погладив Ласточку по доброй морде, Себастьян выполнил приказ.

Вскоре до Ласточки наконец-то дошло требуемое. Резко встрепенувшись, она неторопливо побрела, плавно покачивая из стороны в сторону округлыми бедрами и низко опустив косматую голову.

– Нет, это не лошадь!..