Особенности перевода

Когда история подошла к концу, предложила:

– Хочешь, я тебе денег одолжу? У меня дела неплохо идут последние пару месяцев, Рикардо весьма…вдохновляющий натурщик. Тысяч десять могу наскрести.

Ну вот, пожалуйста. Настоящий друг.

– Спасибо тебе, дорогая. – Порывисто обняла ее Анна. – Пока приму его предложение, посмотрим, как он себя поведёт. Будет хамить и распускать руки – твои деньги пригодятся, меня из тюрьмы вытаскивать.

– Ну ты даёшь. – Захихикала Николь, обнимая подругу в ответ. – Что делать теперь будешь?

– Ну для начала, наверное, обновлю карточку Бисинга.

– Да нет, балда, с этим Наварро что делать будешь?

– Пойду завтра в офис, почитаю контракт. Мне даже интересно, какие в нем будут пункты и сам ли он будет его составлять!

Представив предполагаемый текст, составляемый юридическим департаментом, девушки дружно расхохотались в голос.

Ровно в одиннадцать утра следующего дня Анна стояла перед высоким стально-серым зданием, расположенным у самого пляжа.

Собравшись с духом, девушка поднялась по мраморным ступеням и через вращающуюся дверь попала в необъятный холл. Белоснежный мраморный зал был практически пуст, кроме стойки администрации напротив входа. За ним сидели две строго одетые девушки, несмотря на жару, в пиджаках. Хотя в помещении было довольно прохладно, кондиционер явно работал на всю катушку. Шлепая босоножками, Анна подошла поближе к стойке и предъявила визитку.

– Я к Диего Наварра.

– Походите, пожалуйста. Пойдёмте, я вас провожу! – Вызвалась одна из администраторов. Вторая смерила Анну любопытным взглядом. Похоже, Наварро ее так и обозначил в книге записей – придёт моя девушка.

Анну провели к лифтам, скрытым за белой мраморной панелью и совершенно незаметных от входа. Администратор зашла в лифт первой, придержала Анне дверь, нажала на двадцать третий этаж и чинно сложив руки перед собой, принялась ждать, бросая заинтригованные взгляды на посетительницу.

Наверное, все же я простовато оделась, решила Анна. Джинсы с многочисленными разрезами поперёк ног, для вентиляции, и свободный топик с рукавами-воланами не очень вязался с роскошным ковром холла, в который открылись двери лифта. Простые белые шлепанцы утонули в густом ворсе.

Окна во всю стену с обеих сторон помещения открывали вид с одного ракурса на город, с другого на морской пейзаж. От высоты захватывало дух.