Двое против всех

Смесью соли, пропитавшей древесину, и гниения перекрытий, давно отживших свое, но все еще поддерживавших дома.

Я выбралась наружу. В лицо дыхнуло холодным вечерним воздухом с примесью табака и серой безысходной осени, готовой вот-вот прийти на смену затянувшимся погожим денькам. Если дождь зарядит, то это на недели. Тучи любили обволакивать острова густым туманом и лизать щеки мокрым языком, стоит тебе только высунуться на улицу рано утром. Может быть, поэтому я и ненавидела жаворонков, предводителем которых был Илья.

Я забралась на столбик любимого дымохода и, устроившись поудобнее, вперилась вдаль. Город горел огнями подсветки и гремел игрой уличных музыкантов, распевающихся прямо под нашими окнами. Но почему-то здесь, на крыше, я слышала их гораздо отчетливее, чем в квартире на втором этаже, выходящей окнами прямо на бульвар. Я абстрагировалась от мира, воздвигла стену, чтобы ни одно чувство не смогло прибиться ко мне и вывести из равновесия, закрыла глаза и глубоко вдохнула. Собственная глухая тоска отозвалась ломотой в мышцах.

Я не сопротивлялась. Пусть. Новые чувства казались пока удивительным даром, которого прежде я была лишена. И природу этих чувств я разгадать не могла.

Из состояния полутранса меня вывели странные звуки. Будто совсем рядом кто-то стучал по металлической крыше тонкими шпильками вечерних туфель. Стучал методично и раздражающе. Я приоткрыла один глаз и увидела на дымоходе огромного ворона. Не сдержись я и дернись, полетела бы вниз. Но птица выглядела удивительно серьезной и как будто все понимала.

Она буравила меня черными глазами и пыталась что-то сказать. Жаль, не умела. К лапе ворона была привязана сложенная вдвое бумажка.

Я огляделась по сторонам, боясь показаться сумасшедшей. Конечно, на крыше никто не мог меня увидеть. И я, все еще сомневаясь в собственной адекватности и подозревая, что пересмотрела «Игру престолов», аккуратно отвязала бумажку.

Мелкий витиеватый почерк с огромными закрученными вензелями заглавных букв гласил:

«Никакой ты не середнячок.

Мы со сфинксами ждем тебя прямо сейчас. Приходи.»

Подписи не было. Да она и не требовалась. И так было ясно, кто отправил эту записку. Я и не думала, что мое сердце способно биться с такой силой. Наверное, кардиологи сейчас списали бы меня прямиком в морг. Но я бы с ними не согласилась, будь я хоть трижды мертва. Мне срочно нужно было на набережную.

Обычно прогулка до сфинксов занимала около получаса.