Дневник Энни Баури

Энни обернулась к обидчицам, но ничего не сказала. Она стояла молча и не знала, что ответить девушкам.

– Язык проглотила? – рассмеялась Джуди, обнажая свои длинные закованные в брекеты зубы.

«Лучше бы ты подавилась своими железяками, Абрамс. – мелькнуло в голове Энни. – В аду тебя уже заждались. Представляю, как мертвецы по очереди натягивают твою тощую задницу на свои гнилые члены».

– Не знаю почему, – сказала Джуди, подойдя практически вплотную к своей ненавистнице, – но твоя прыщавая морда, твои эти уродские хвостики и куриная грудь, меня просто вымораживают.

Ты бесишь меня, пока остаешься в моем классе и вообще пока живешь. От тебя постоянно воняет куревом и собачьим дерьмом. Ты что, живешь в приюте для животных?

– Она живет с отчимом, – рассказала Хельга с блуждающей по лицу улыбкой. – Но мы-то знаем, как зачастую поступают отчимы с неродными дочерями. Как часто ты сосешь ему? А, Баури.

Нож находился в кармане. Он всегда там лежал. Энни на мгновение представила, как будет раздосадована одна из этих доставал, когда почувствует, что ее полная наркотиками и пьяными вечеринками жизнь, быстро начнет уходить через глубокое рассечение на шее.

Доставала очень испугается, когда медики, словно куча антибактериальных салфеток подруги, уже не в силах будут помочь и остановить льющиеся на школьный пол потоки крови.

Нож находился в кармане. Он молчал.

– Отстаньте от меня, – проговорила уныло Баури и, получив пинок под зад, побрела вдоль шкафчиков и сквозь свидетелей ее очередного унижения.

 – Я устала.

– Вали, лохудра прыщавая!

– По-моему, – пожала плечами Джуди Абрамс. – пинать ее, было лишним.

– Она лохудра, – рассмеялась Хельга. – Я в рюкзак ей подкинула дохлую мышь.

– Фу! Ты с ума сошла!

– Посмеемся на уроке над этой молью.

9

Энни не боялась мертвых животных. Все ее страхи были связаны лишь с прыщами. Казалось, что от них невозможно избавиться. Они останутся навсегда. Каждое утро на подушке будет засохший гной, а волосы снова будут липнуть к лицу.

Энни каждое утро пред зеркалом сдирала ногтями нарывы и прижигала свежие раны водкой – Вэнс имел дурную привычку засыпать в ванной с бутылкой крепкого спиртного, и однажды, он оставил недопитую бутылку водки. Она и стала для Энни антибактериальным средством.

Вэнс был одним из самых безответственных из отчимов, и оставленная им недопитая бутылка спиртного в ванной, тому подтверждение.