Когда жёлтый карлик выходит на охоту

Да уметь с сантехником в случае необходимости поругаться, – моя собеседница хмыкнула, видимо, соглашаясь с этим аргументом. – И Руслан это сам понимает. Думаю, потому-то он и держится так усердно за своего друга. Тот у них… вроде как привязки к реальной жизни, единственный тут возглас рациональности.

– Не знаю, права ты или нет… – она еще и сомневалась! – Про свеклу не забыла? А как друга-то зовут?

Я фыркнула, переставляя кастрюлю в раковину:

– Имя этого-то козлодоя тебе зачем? Познакомлю, если он будет свидетелем на нашей свадьбе, а пока не забивай свой системник ненужной инфой.

– Плохой человек? – уточнила мама.

– Смотря с кем сравнивать, – пожала плечами, будто она могла это видеть. – Если с самим Русланом, то просто черт из табакерки. Эти двое ангелочков его терпят только потому, что… ну я уже раньше объяснила. Он продает талант Владимирова задорого и совершенно беспринципно, без него ничего бы этого и не было. Наш буддист-идеалист сейчас сидел бы на попе инженером, скидывая свои шедевры в стол… в лучшем случае! Но сам друг тоже неплохо нажился, думаю.

Так что он пузо рвал не из чистого милосердия. И не просто так продолжает крутиться рядом – Руслан его еще озолотит, а этот своего не упустит.

– Ох, Алин, как же мне не нравится твоя затея…

Теперь я уже не сдержалась, завопив совсем по-детски:

– Ну ма-ам!

– Доча, – она почему-то вознамерилась настаивать более решительно. – Если это все из-за меня, то напрасно! Думай только о своих интересах! А я… совершенно, абсолютно счастлива! Помнишь же – если что-то не так с миром, то проблема в тебе, а не в мире.

– Как же, помню, – я ответила, но голос сбился. – Оправдание для тех, у кого больше ничего нет, кроме овощей до обеда и рева соседского алкоголика по ночам. Я вытащу тебя оттуда!

– Глупости, доченька, я же счастлива!

Я откинула нож в сторону и сжала кулаки до боли. Она счастлива! Моей матери всего лишь сорок, а она уже заживо похоронена под этой грудой сплетен про Анютку, Никиту, тетю Дашу и ее буйного муженька.

Всего лишь сорок, а она считает себя старухой, которой осталось дожить отведенное. Счастлива она, как же! Да она же прорыдала, поди, всю ночь после последнего визита папаши, счастливица моя. Да она же звонка моего ждет, как единственного значимого события за весь день! Потому что ничего больше, ничего у нее не осталось важного.