Полоса невезения пахнет весной

Его Базука раньше очень недолюбливал, но сейчас не отказался бы ходить с давним неприятелем под ручку хоть постоянно. А иначе…

Иначе все сообщество самых обыкновенных людей сговорилось, чтобы свести его с ума. Вчера в ресторане, где он решил отдохнуть и вспомнить, что он сын очень богатого человека, официант принялся ему вещать о своих племяшках. Он с таким упоением описывал их «маленькие пальчики» и «розовые щечки», что от самой исповеди за версту несло каким-то извращением.

Базука ресторан покинул, поскольку аппетит на неделю вперед пропал.

Зато как раз на выходе повезло: он издали увидел знакомую девушку. Не просто какую-то там знакомую, а самую настоящую бывшую, в постели с которой провел замечательную неделю прошлым летом. Потом они по взаимному согласию разбежались наслаждаться молодостью и красотой дальше, но совместно проведенное время Базуке вспоминалось с теплотой. Эта неожиданная встреча виделась реальным способом отвлечься, хоть немного эмоционально передохнуть от событий последних дней.

И Лика его узнала еще на подходе, развернулась на высоких каблуках.

Захар не стал отвешивать комплименты ее внешнему виду, а сразу перешел к делу, то есть предложил посидеть где-нибудь вместе, но кратковременной бывшей приспичило поболтать:

– О, Захар, давно не виделись! Ты как? Да плевать мне, как ты! Кстати говоря, ты мне вообще никогда не нравился.

Просто тогда подумала: «Богатый мажорчик, почему бы и не да, пока муж в командировке?»

– Ты была замужем? – это Базуку чрезвычайно удивило, поскольку в те дни такой вопрос как-то даже в голову не пришел.

– Ну, должен же у меня быть хоть один недостаток, – она легкомысленно пожала плечами. – Я на твою машину посмотрела и сразу подумала – с такого за неделю подарков натрясу на год вперед. А на тебя где залезешь – там и слезешь! Но ты хотя бы не противный.

Вот после тебя был – до сих пор содрогаюсь. Зато содрогаюсь с дорогими сережками… Блин, зачем я тебе это все говорю?

Вопрос ответа не нашел. Потому Лика смутилась и без лишних прощаний побежала к такси. Захар же торчал на месте, раздавленный откровениями. Он всегда поддерживал имидж бабника, так в институте все и считали, но на самом деле таковым никогда не являлся.