Предатели

Уже начал умолять», – удовлетворенно заметила Тина.

Она крутанулась в кресле и уже без смущения, с легкой улыбкой, разглядывала Артема. Он совсем не изменился. Все такой же привлекательный (хорошо, что ее больше этим не возьмешь). И пользуется все той же туалетной водой – этот запах, который кружил ей голову, она узнала бы из тысячи. К своему стыду, в первый год своей влюбленности Тина выяснила, что это за фирма, и заказала себе флакон. Не для каждодневного использования, ясное дело, а чтобы периодически открывать, вдыхать любимый аромат и давиться слезками.

Ай, какая трагедия, он не со мной.

Внезапно она вспомнила написанный кем-то в интернете для прикола дословный перевод песни Джастина Бибера о разбитом сердце: «И я такой: „Детка, детка, детка, у-у… детка, детка, детка, не-ет… моя любовь не ря-ядом“». И опять хихикнула.

«Да это просто стендап-шоу, а не встреча с бывшим. А ведь на минуту я подумала, что меня может опять захлестнуть. Глупость-то какая!»

– Ладно, валяй, – добродушно произнесла Тина.

 – Что там у тебя накипело?

– …я растерялся. – Он начал с того же места, где остановился, будто отрепетировал речь. – Как раз поступило предложение поработать в другом городе, и я его принял. Наверное, нужно было расстаться с ней перед отъездом, уже ведь было понятно, что ничего не выйдет, но я проявил малодушие. Решил, что расстояние и время поставят точку за меня.

– Вот это на тебя похоже, – не удержалась она.

– Не отрицаю. Но вдали от вас обеих я понимал, к кому меня на самом деле тянет…

– И к кому?

– Ты знаешь. Ты всегда видела меня насквозь и этим всегда меня покоряла. И обезоруживала. И вот я опять перед тобой – все такой же безоружный и покорный. Мое сердце в твоих руках.

– И дошло это до тебя только сегодня на ночь глядя?

– Я больше не мог терпеть. Не мог ждать даже до утра. Мы и так потеряли слишком много времени.

– Минутку, никаких «мы» нет.

Я давно… – Тина собиралась сказать, что давно состоит в отношениях с другим человеком, но язык почему-то не повернулся («И вообще, это его не касается! Дело тут не в Никите, а в безобразном поведении Артема»).

– Понимаю, ты давно и думать про меня забыла. Но я помню о тебе. Я… люблю тебя.

– О, а вот и козырь. Спрячь обратно в рукав.

– Ты мне не веришь, это объяснимо. Я сам дал повод.

– Массу поводов.

– Массу, да.