Тайны моей супруги

Школьники-первоклассники и студенты-первокурсники в начале осени толпами ломились сюда в желании переждать ночь и доказать, что они не трусы. Некоторые спокойно проводили там отведённое время, другие рассказывали о жутком мужском хохоте, третьи утверждали, что видели и самого призрака: то болтающимся в петле, то бродящим по дому. Мнения, как всегда, расходились. Но сегодняшняя ночь была особенной.

Так уж повелось, что студенты Творческого и Студенческого кварталов издавна не ладили друг с другом.

Причин этой вражды было много, но точную никто бы назвать уже не сумел. Слишком давно началась эта история, и её зачинщики уже давно покоились в гробах. Да и дело было совсем не в этом, а в двух компаниях из разных академий – науки и искусств, которые встретились на нейтральной территории и, будучи в подвыпившем состоянии, устроили разборки. Не кулаками – за подобное можно легко было вылететь из академий, – а крепкими словами и издевательскими подколками. В результате одному студенту-технику пришла в голову идея предложить студентам-искусствоведам проверить себя на храбрость и посетить Дом Висельника. Те были наслышаны об этом доме, но всё равно приняли вызов, не желая ударить в грязь лицом перед зазнайками-учёными.

Погода на руку искусствоведам не сыграла. Хмурые тяжёлые тучи, закрывающие луну и звёзды, ещё больше нагнетали обстановку. Погрузились в сумрак улочки Студенческого квартала, который и днём всегда выглядел мрачно из-за тёмно-серых стен, каменных заборов и серых крыш, нависающих над ними.

Немногочисленные фонари не разбавляли темноту, а наоборот, лишь усиливали её. Вдобавок они были чувствительными и зажигались, когда человек переступал за обозначенную зону. Радиус действия обычно составлял пять метров, и свет загорался не сразу, а медленно, и потухал он тоже не сразу. Это было жутко: особенно когда свет мерк за твоей спиной. Мысленно ругая человека, создавшего подобное устройство, короля, экономившего на энергии, и умника-студента вместе с его компанией, студенты-искусствоведы, ещё не дойдя до Дома Висельника, уже нервничали и как-то незаметно, дружно и резко протрезвели.

Дом №17 на Гелвеес-парк ничем не отличался от соседних домов. Та же высокая ограда из серо-чёрных обтёсанных камней, та же узкая бетонная лесенка – дома находились на возвышенности из-за крутого уклона улицы, – та же выглядывающая из-за ограды, словно шляпка гриба, чердачная крыша.