Рецепты сладкой мести

 – Как ее затаскают, когда к ней Максимка Ковалев таскается ночами. Мне Николаич говорил, – понизив голос, зашептала, – что Макс к ней ночью ходит. А он – полицейский, капитан. Свою зазнобу защитит уж как-нибудь.

– Не верю что-то, – пробормотала собеседница. – Максим ходит к Веронике?

– Да точно, точно! Николаич с собакой выходил гулять, сам видел, как он к ней шастнул. Ночью.

– Да ну тебя, – отмахнулась фетровая тетушка. – Вероника – приличная, она с его бывшей женой дружила, с Марьяной. Илона говорила, что Марьяна к Нике погадать ходила, и все сбылось.

– Вот так, значит, и дружила-гадала, что мужа увела, – безапелляционно пригвоздила толстушка. И протянула: – А уж какой кардиолог Марьяна… дай бог каждому. Я к ней на среду записана…

Кумушки переключились на общие болячки, вор отправился машину угонять.

Но позже все-таки решил узнать, что за капитан такой, Максим Ковалев, появился возле Вероники. И оказалось – пригодилось. Когда могуче припекло.

Котов прекрасно понимал, что, выкручиваясь – по сути дела мечтая попросту уйти живым! – он подставляет Веронику, которую едва-едва сумели вывести из дела, будто ее там и вовсе не было.

Смерть Светланы, правда, объявили несчастным случаем уже из-за Котова. Игнат действительно убил ее случайно: разъяренная женщина выскочила на него из кухни с острым тесаком в руках. Убийство переквалифицировали на самозащиту.

Но на сотрудничество с ФСБ вор, говоря по правде, согласился не ради смягчения обвинений. Многие годы в его голове сидела заноза: это Топляк Шаланду заказал, убрал, когда большие деньги потекли.

И, помня это, Кот с Костей ни за что бы не связался, если б не настойчивая жадность Жанны.

О чем теперь жалеть? Сам виноват.

Но вот в вопросе с Вероникой нужно было проявить упорство. Отвести от нее Тополева раз и навсегда!

Прислушиваясь к беседе двух силовиков, полуоткрыто обменивающихся полунамеками, Котов подавил желание налить себе побольше водки – градус его почти не забирал, но все же помогал расслабиться.

И хоть немного смыть вину.

– Игнат, как думаете, почему Тополев отложил покупку «сильфиды»? – обратился к нему Красильников. – Он что-то заподозрил?

– Нет. Если бы Костя что-то заподозрил, я бы сейчас здесь не сидел. Мне показалось, что его всерьез заинтересовала Вероника. И Ковалев. Костя будет их пробивать, а «сильфидой» он меня на крючке держит, думает, без денег я от него не сорвусь.

– Пожалуй, – согласился недовольный провалом операции конторщик.