Чернильные души

– Не скажу, – рассмеялась Соня и нажала отбой. Кажется, жизнь налаживалась.

Следующую неделю она помнила плохо. Дважды она была на птицефабрике – Эдик явно преуменьшил то, какая там вонь, но приходилось терпеть, выправила ветеринарный паспорт Промокашке, готовила по маминой кулинарной школе, и даже снова начала ходить в школу. К счастью, там никто не стал спрашивать о её прогулах, да и компанию Субботы Соня за эти несколько дней видела только издалека.

И только в воскресенье утром, насыпав корм Промокашке, Соня нечаянно нашла на полу выпавшую из пакета пачку купленных сигарет, и разозлилась.

– Вот понимаешь, Висасуалий, – обращаться к Промокашке как к Промокашке, когда больше не с кем поговорить, Соне не хотелось. Так котенок обрел, сам того не зная, еще одно имя. – Я полностью свободна. Могу делать что хочу. Ты можешь себе такое представить? Могу ходить на самые отвязные вечеринки и пить до утра. Могу вообще голой по улице пройтись… холодно, правда. Ну да не суть! А что я делаю? Завела кота и готовлю по рецептам из книги «Сто лучших рецептов лазаньи»!

Котенок, который за неделю еще больше похорошел и отъелся, поднял мордочку от своей миски и неуверенно пискнул.

– Вот именно, Висасуалий! – Соня вскочила. – Сегодня воскресенье. Я сейчас поищу, где вечером будет дискотека или вечеринка, подберу платье – и адьё! Вернусь утром!

Котенок снова пискнул.

– Да насыплю я тебе корма побольше, проглот, – усмехнулась Соня и почесала малыша за ухом. – Я же не об этом!

Как оказалось, найти подходящую вечеринку оказалось проще, чем она думала.

Так что Соня отыскала самую короткую юбку, обшитую блестящими нитями, яркую блузку, которую мама наравне с юбкой относила в раздел «только через мой труп», что же, мама ошиблась, такое бывает. Смотрелась эта одежда на Соне идеально. Если не носить такое в молодости, то когда еще? Ну, в случае самой Сони каждый день мог стать последним, так что, сомнения её покинули, едва она увидела себя в зеркале.

Обычная теплая куртка тут не подходила, так что Соня вытащила из шкафа короткую лаковую осеннюю куртку. Строго говоря, в ней даже осенью было довольно холодно, но с пятном во всю щеку не соплей же бояться!

Соня обманывала саму себя. Пятно после посещения птицефабрики присмирело, и уже не грозилось перебраться на лоб или на шею.