Морфы 2. Дикие сны

– Это я не знаю, как тебе сказать, что ты отсидел мне руку, – шепотом ответила я и добавила уже нормальным голосом, отсаживаясь подальше и тряся кистью. – Я пальцев вообще не чувствую!

– Так бы и сказала сразу, – в глазах Жюля мелькнуло и пропало что-то похожее на разочарование. Или это я себе придумываю. Скорее всего. Потому что пусть на минуточку всего, но мне страшно захотелось, чтобы он меня поцеловал. И пусть потом мы бы думали, зачем и что теперь делать. Зато вместе.

А теперь и он покраснел, и чтобы хоть как-то перевести разговор на другую тему, я еще раз сурово потребовала выдать наконец мне карту.

Раз уж Жюль её делал специально для меня.

Как и многие другие вещи, которые один автор знает, как созданы, карта легко далась мне в руки. Папа вот тоже поражался, что любая новая техника в моих руках сразу начинала нормально работать, вроде бы всё было за то, чтобы наоборот, а поди ж ты! Уже через пару минут я баловалась, увеличивая карту так, что она выходила за пределы комнаты и уменьшая до размеров грецкого ореха.

– Самое главное, когда будешь за пределами университета на ваших этих открытых экскурсиях, почаще проверяй, где находишься, – в голосе Жюля сквозило беспокойство. – И, если увидишь рядом локацию диких снов, лучше сразу удирай. Это тебе не одиночный сон, это целый сгусток безумия. Если получится – хватайся за любой ближайший маршрут повторяющихся снов – они неплохо защищены, и по ним из любого сна можно выбраться в Университет. Ну или просыпайся сразу.

– Легко сказать, просыпайся, – вздохнула я, вспоминая жуткий сон, насланный нам в качестве иллюстрации темы Картиной. Проснуться хотелось ужасно, но было совершенно невозможно. Вообще Жюлю легко было говорить, он весь этот мир видел, как вот такую карту, но я действовала интуитивно и не всегда понимала, как попадаю из одного сна в другой. Даже тот «руль», что я получила в конце прошлого года, как оказалось, водил меня только по давно протоптанным тропам или тем, где сейчас возились морфы.

Ничего страшного и неизведанного, и я привыкла думать о мире снов как о простом и понятном месте. А за порогом этого известного мне места бушевало дремучее сноморе, и вот окунаться туда мне пока что не хотелось.

– Понял задачу, – шутливо откозырял мне Жюль. – Придумаю что-нибудь.

Но улыбка тотчас сползла с его лица, и он взял меня за свободную от карты руку.

– Ольга, держись подальше от этих диких снов, – попросил он.