Анты

– Но…, – продолжил он, – при переносе объектов и субъектов в прошлое они будут прибывать в ту же точку пространства, откуда стартовали, тоесть на юг Камчатки. А добраться до нужного места из древней Камчатки практически невозможно. Тупик-с, сеньор. Маленькое, но противное фиаско, вернее большая закавыка.

– Погодите, Сергей Иванович, – я махнул рукой, и он замолчал. А я прикрыл глаза и попытался схватить за хвост мелькнувшую мысль. Перед внутренним взором появилась вращающаяся в пространстве Земля, и… меня озарила догадка.

– Кажется, нашёл.

– Давай… излагай, – прошептал профессор, привстав с кресла и подавшись ко мне.

– С чего вы взяли, что выход будет на месте входа? При переносе точкой привязки является господствующий в данном объёме пространства-времени источник, тоесть центр планеты. Так? Так. Но относительно центра поверхность Земли также перемещается в пространстве, как любой иной объект. Поэтому, зная скорость вращения планеты, можно рассчитать, какой долготой в пределах данной широты подвернётся планета под точку выхода.

Тоесть относительно оси вращения фиксированной величиной является только широта, на которой место выхода по долготе будет переменной величиной. Образно говоря, Земля сама подкрутится под место выхода, необходимо только рассчитать долготу и высоту над поверхностью.

Профессор с пол оборота понял мою мысль, вскочил, изобразил что-то вроде танца вприсядку, крякнул, схватил меня за голову, чмокнул в лоб и выскочил вон. Ни хрена себе танец мумба-юмба.

Совсем плохой старик стал. Этак он долго не протянет, буде так реагировать на все мои соображалки. Я не спеша допил чай и вышел из офиса.

День истаял серым туманом, и Лукоморье погрузилось в осенний вечер, со всеми признаками близкой зимы. Этот день меня шибко притомил. Голова гудела от свалившихся проблем, забот и впечатлений. Едва выехав за пределы Центра, я вышел из машины, поплотнее запахнул плащ и встал на краю дороги возле нависающей над склоном смотровой площадки. Внизу раскинулась панорама речной долины, чёрные конусы вулканов на фоне тёмно-синего неба, далёкие огни Паужетки за рекой и вид невероятного города на пологом склоне.

Прохладная погода бодрила, но на смотровой площадке гулял народ, люди отдыхали в кафе. В павильоне в окнах мелькали фигуры, звучала музыка, раздавались голоса и смех. За речкой Каюк вечерней жизнью бурлил Доброград. Там мигали светящиеся полосы окон, повторяя изгибы террас, на которых мягко подсвечивались обочины улиц.