Проходимцы

Маршрут, выбранный Томасом, был ему неплохо знаком, и большая часть редких вечерних звуков казались этакими маячками, подтверждающими, что Измеритель на верном пути. Вот пожилая леди разговаривает с заморским попугаем, клетка которого обычно стоит на подоконнике.

– Кто хорошая птичка?

– Меган хор-рошая птичка!

Вот супруги со стажем, неутомимые любители скандалов, которые практически каждый вечер о чем-то спорят на повышенных тонах.

– Ну и какого черта ты бросил свою грязную куртку на мое платье?

– А какого дьявола твое платье делает на моем кресле?!

Казалось, оставшиеся две-три сотни футов до дома Томас может пройти с закрытыми глазами, полагаясь только на слух.

Этакая акустическая путеводная нить, которую нельзя увидеть и потрогать.

Вот впереди показался знакомый столб с почтовым ящиком. Он находился на самом углу Гроули-стрит и Мидлтон-авеню и много лет служил Томасу единственным средством связи с его клиентами. Заказчик оставлял тут письмо, где указывал место, гонорар и время, когда хотел бы видеть у себя альбиноса; Измеритель же отбирал наиболее заманчивые предложения и на следующий день отправлялся по адресам.

«По-хорошему, телефоном бы разжиться… но попробуй найди дурака, который потянет шнур в подвал!..»

Подойдя к почтовому ящику, альбинос убедился, что тот пуст, и с чистой совестью побрел дальше, к четырехэтажному дому, который находился в колодце двора, практически полностью отгороженный другими зданиями от внешнего мира. Томасу он почему-то всегда напоминал старого дворового пса, изрядно побитого жизнью, который присел отдохнуть да так навеки и врос в этот злачный район.

Альбинос задрал голову и прищурился, дабы получше рассмотреть обшарпанную черепицу на крыше. Он практически не сомневался, что в один прекрасный день какой-нибудь увесистый осколок свалится ему на голову и оборвет странное подобие жизни.

«Но только не сегодня».

Справив нужду в темном проулке, альбинос устремился к двери, ведущей в родной подвал. Доставая ключи, Томас вдруг понял, что тихо насвистывает под нос.

«Как мало мне, оказывается, надо для счастья – еще даже не нашел Патрика, но уже мечтаю, что скоро стану, как он».

Ключ нырнул в замочную скважину, легко провернулся в ней, и Томас услышал, как стальной язычок с громким щелчком спрятался в коробку. Взявшись за ржавую ручку, Измеритель распахнул дверь и вошел внутрь. С минуту он стоял на пороге, наслаждаясь легким сквозняком, который остужал лицо, раскрасневшееся от эля и ходьбы.