Из серии «Зеркала». Книга 3. И посадил он дерево, или Век Астреи

Посмотрите: здесь мы производим уникальный биомодифицированный продукт, недоступный ни нашим конкурентам, ни вам – теоретикам с Земли. Никогда не хотели апробировать свои теории на практике? В наших силах создать и развернуть в действие целую микровселенную.

– Тогда зачем вам нужен я?

– Критика. Вы – прирожденный критик. Мы еще не научились производить ваш талант. К тому же вы владеете уникальным багажом знаний о уже случившихся вероятностях. Поверьте, мы очень трепетно относимся к отбору тех, кого приглашаем сюда.

– И все же кое-кто из них возвращается, – парировал собеседнику Олег.

– Кто сказал, что они возвращаются…

Смех да и только, и это умные люди, знающие, что в спорах рождается истина. Как легко было вывести их на чистую воду…

– И что же вы будете делать с этим, коллега? Советую подумать как следует, прежде чем снова встретитесь с Командором.

Вот и пошли в ход угрозы. И прелесть телепатии была в том, что их никто не отрицал и ты им верил.

Чудесный мир!.. Жаль, что и в нем для Олега не было ничего нового…

Всего лишь еще одна из удачных станций на пути в будущее. Хотел ли Олег садиться на этот поезд? На человеческий поезд? Биоиллюзии талантливых инженеров – и новое, углубляющееся социальное неравенство; один шаг до большой крови.

– Вот именно… Поэтому Вы должны найти для нас выход. Улучшение пары-тройки чувств помогает в работе, но не решает проблему. Мы хотим добиться полной автономии вида.

4

Оставшись один, Олег с тоской вздохнул.

«Все-таки фанатики».

«И ученые тоже».

«Но чем ты рискуешь, соглашаясь работать с ними? Хуже не будет. Не для тебя. Ты даже формально не нарушаешь контракт с Даррелом. С небольшой натяжкой можно сказать, что ты работаешь в его интересах. Пошлешь ему правдивый отчет. Большего ты не обещал. Система все равно не позволит тебе обойти себя на повороте».

«Дорогая, любимая моя бюрократия…»

«И конфликт интересов…».

«И потребность в равновесии…»

Впервые в жизни Олег почувствовал, что нашел свое призвание. И посмеялся над самим собой – столь наивным с точки зрения его критического Я было его открытие.

– Все же кое в чем колонисты – стоящие люди, – произнес он вслух и ткнул пальцем в стену, где по его предположению находилась камера. – Пишите. Я всегда говорил: хочешь завоевать союзника, дай ему максимум информации.

Дверь скрипнула.