ЗБ

Что ж, жизнь, кажется, налаживалась. Только что я собиралась охотиться на друга – вот и накаркала. Теперь охотились уже за мною – и вовсе не для того, чтобы завязать дружеские отношения. Так что мир – миром, а война – войной. По крайней мере, это было лучше, чем протирать штаны на скамейке, тосковать и грустить. Закрыв крышку ноутбука, я решительно поднялась.

Глава 3 Галоп обреченных

Конечно, стоило еще просмотреть информацию про ЗБ – о том, кто туда сегодня собирается, не планируются ли полицейские рейды, давно ли полыхали последние пожары – в каком крыле и на каких этажах.

Но ждать я больше не могла. За мной охотились, и обольщаться тут не приходилось: все мои пути-тропки наши девчонки знали прекрасно – сама же их когда-то и водила, да и Вадим мог сболтнуть. Парень он был, конечно, неплохой, но и Альбинка чарами своими управляла умело – так что вполне могла уже знать про заветную скамеечку. Но главное – я опять услышала мелодию – ту самую, манящую и негромкую, напоминающую тихий шепот. Да и неважно было, сколько народу вышло на охоту и кто именно вострит лыжи в ЗБ. Дней, когда в здании бывшей больницы было пусто, я не могла припомнить при всем своем желании. Разве что во время особенно яростных пожаров или когда городские власти проводили рейды и прочесывали пустующее здание вдоль и поперек. Впрочем, и в такие дни там обычно кто-нибудь прятался – потайных комнат и каморок, шахт, чердаков и подвалов там насчитывалось великое множество. Недаром ребятня сбивалась в целые экспедиции, пытаясь обнаружить палату с волшебной «Короной» или стену с «Крыльями желаний». Я уже не говорю про хронокомнату, которую разные сорвиголовы искали чуть ли не месяцами, методично обходя коридор за коридором и комнату за комнатой. Даже планы вычерчивали, на которых от руки и на плоттерах помечали все главные достопримечательности ЗБ. Кое-кто и торговал подобными картами, благо загадочных мест в здании хватало с избытком: стены с искусными граффити вроде тех же «Крыльев желаний» или «Кулака», уцелевшие часы в хронокомнате, что, по слухам, никогда не останавливались и творили с реальным временем подлинные чудеса, крюк от люстры, на котором повесился главврач, положивший жизнь на развитие больницы и в одночасье уволенный вельможей из столицы, коридор с привидениями, по ночам зажигающими и гасящими уцелевшие плафоны, входы в подвалы с непременными ответвлениями в морг, в мастерские и бомбоубежище. Последнее, кстати, располагалось на самом нижнем ярусе.