ЗБ

Потом сама раз двадцать собиралась с духом и вставала под корону, однако ничего особенного со мной не происходило. То ли не было у меня особых вопросов к ЗБ, то ли все мои воспоминания, добрые и не очень, должны были оставаться на своем положенном месте. Короче говоря, это было место, которое мне никак не удавалось оживить. А вот Лиза… Мне почему-то очень хотелось, чтобы у нее сегодня что-то получилось.

– Если встанешь сюда, будет считаться, что ты надела корону, – объяснила я. – И тогда самое заветное сбудется.

Лиза нахмурилась.

– Это точно?

Я пожала плечами.

– Так пишут в инете. Все те же мифы и легенды древней Греции.

– А у тебя что-нибудь сбывалось?

Очень хотелось сказать «да», но, преодолев искушение, я честно помотала головой.

– Один только раз что-то было похожее. Меня собака тогда могла покусать, а я успела сюда заскочить. Ну, а псина сорвалась в дыру и разбилась.

Рассказ мой прозвучал как-то очень уж буднично, и я торопливо продолжила:

– Та псина бешеная была – наверняка бы меня цапнула.

А еще я точно знаю, что это помещение должно было сгореть, но оно уцелело, понимаешь? Значит, есть какие-то силы, что могут влиять на здешние события.

– Может, и правда они есть, – Лиза шагнула к граффити, но остановилась.

– А желания исполняются любые?

– Ну, это уж какие само ЗБ выберет. Главное, что это будут ТВОИ желания. Кому-то оно мозги вправляет, решение подсказывает. А кому-то память древнюю возвращает.

– Древнюю – это как?

– Ну, можно прошлые жизни вспомнить.

Как ты умирала или подвиг какой-нибудь совершала.

Лиза отодвинулась от стены – как мне показалось – даже с некоторым испугом.

– Тогда лучше не надо, – она отстраненно посмотрела на меня. – Есть такие желания, которым лучше не сбываться. Да и вспоминать, честно говоря, не всё хочется.

Не скажу, что я была разочарована, но… Чего-то в тот день я, видимо, очень ждала. Какого-то нового откровения. Ведь Лиза была не просто со мной, она была здесь – внутри.

– Наверное, ты знаешь, что делаешь, – я протянула ей руку. – Если хочешь, мы можем уйти из здания.

– Да нет, я бы, наверное, еще посмотрела.

– Тогда пошли…

Она наконец-то взяла мою руку. Пальцы у нее оказались тонкие и сильные – совсем как у скрипача или пианиста. У Катюхи, помнится, были такие же. Стоило и Лизу спросить об этом, но я почему-то не решилась. Страшновато было спрашивать о прошлом.