Будем как боги

Мы делали упор на спецэффекты, но они больше никого не интересуют. Сейчас спецэффекты доступны любому, программы в Сети лежат в свободном доступе.

– Постой, – перебил его Фишер. – Но ведь у тебя в прошлом году был Оскар!

– Был, – кивнул Фрэнк. – Только толку с него? Три фильма подряд провалились в прокате, по двум я даже затрат не отбил. Я по уши в долгах, и больше мне ссужать никто не собирается. А тут еще развод. Мы с Мэг разошлись по мирному, но мне пришлось выделить ей солидное отступное. Она ушла с деньгами, я остался с долгами…

Подошел кельнер.

Гарри заказал себе джинн – он всегда предпочитал виски этот напиток с запахом можжевельника, причем ценил тот, который был ароматнее других.

Фрэнк обновил свое виски. Они выпили.

– Я строил дом для семьи, – признался Фрэнк. – Теперь у меня семьи нет. Зачем мне дом? Продам его, и покрою часть расходов. Я и так перебрался в свою квартирку на пятой, недалеко отсюда.

– Выходит, мы соседи, – улыбнулся Гарри. – Есть повод ходить друг к другу в гости.

Он наклонился вперед и потрепал Гарри по плечу:

– Не кисни, дружище! Конечно, я тебе помогу. И с домом, и вообще. Я сброшу тебе по электронке контакты моего нотариуса, оформишь все через него. Деньги выплатят сразу, я распоряжусь. Если хочешь – могу подыскать тебе поверенного, может, с кем-то из кредиторов можно будет уладить дело без срочных выплат, так сказать, полюбовно.

– Я думал, этим только мои соплеменники промышляют, – на месте Фрэнка другой бы, наверное, почувствовал страх, но Фрэнк Барзини был сыном Микеле Барзини.

Последним его ребенком, которого Микеле по прозвищу Барс родила его четвертая жена (женой она стала, когда появились признаки беременности). Дон Микеле в чаде души не чаял, но вовсе не хотел, чтобы сын пошел пол стопам отца. И правильно делал – классическая мафия приказала долго жить в начале нулевых, ее вытеснили отморозки из латиносов и прочих «цветных», выдержать конкуренцию с которыми не сумели ни итальянцы, ни ирландцы.

– В наше время кто только этим не промышляет, – уклончиво ответил Гарри. – Так как ты…?

– Конечно, – отказываться от подобного предложения было бы несусветной глупостью, и Фрэнк согласился. – Гарри… ты даже не представляешь, как я тебе благодарен!

– Да брось ты, – повторил Фишер. – Вы все для меня – моя семья. Когда бедняга Вальтер погиб – это было для меня большим ударом, чем подстава от Ройзельмана, честное слово.