Туман. Книга третья

Да и то, что созерцать-то доводилось лишь его спину, лицом он был обращён к копателю.

Вдруг могильщик отбросил лопату, провёл ладонью по лицу и скоро отошёл на несколько шагов. «Спаси и сохрани!» – запричитал он и принялся яростно осенять себя крестным знамением, словно увидал наяву исчадие ада.

А он, блаженный, откликавшийся на имя с буковицы «С», во всей своей очевидности таковым и являлся.

Перевалившись через могильный холм, ещё не до конца разбросанный копателем, он оказался своим лицом перед лицами господ, застывшими от непонимания такового действа.

– Не трожь, он – мой! Есть рок, а человека – нету! Иных бери, а он – мой! Не трожь!

А далее и вовсе пошло страшное!

Блаженный зарычал, оглядывая присутствовавших, схватил горсть землицы, и запихнул ея себе в рот.

Он ел землю с могилы, не переставая собирать в кучу то, что порушил копатель и с рыком вещать о «роке», который есть.

А после… он зарыдал. Да так жалобно, словно по-волчьи, что от подобного помещика передёрнуло и бросило в озноб.

Но блаженный плачем не угомонился. Слёзы скатывались по его щекам таким потоком, что смешиваясь на его бороде со слюною, землицей и, невесть откуда взявшейся кровью, стекали по его рубищу, оставляя грязные полосы.

– Не дам! Он – мой! Не трожь – прокляну! Есть рок, а человека – нету! Горе, ой горе! Мой он, мой! Не дам!

Блаженный утёрся рукавом, размазав по лицу всю ту жижу, что стекала по нему, вновь набрал полон рот земли и сказал, оборотясь к копателю.

– А тебя-то я вижу! – Опосля чего принялся засыпать землю себе за ворот, окропляя ея слезьми, слюною и кровью.

Ежели из отропи, в которой оказались пришедшие к могилам безвестных старцев, кому-либо судилось возвернуться в обыденное состояние духа, то это был копатель.

– Делайте, что хотите, но я сюды – боле не ногой! Пропади оно….

И стремглав убёг.

Сии слова отвлекли господ от созерцания сей отвратительной сцены, и они переглянулись.

– Я могу успокоить… этого, – тихо, но с твёрдостью в словах проговорил штаб-ротмистр.

– Что-то мне подсказывает, что нам следует прекратить это… это всё. И удалиться! Вы со мною согласны?

Интересно, а кто бы возжелал бы продолжить сию эксгумацию после всего увиденного?

Та самая процессия направилась в обратный путь. Сторожа Прохора про меж них не было.

ТУМАН.

ЧАСТЬ ТРЕТIЯ

ГЛАВА ПЯТАЯ

ВОТ И НАЧАЛО. ТОЛЬКО ЧЕГО?

«Ежели сие, суть, цветочки, то опасаюсь и представить, каковыми окажутся ягодки».