Дело пропавшей балерины

Половина лица из недовольной мгновенно превратилась в почти радостную.

– Рад видеть вас! – художник широко отворил дверь, демонстрируя на себе цветастый длинный халат. Вторая половина лица, которую гость смог, наконец, разглядеть, выглядела не так радостно – художник держался за подбитый глаз.

– Что случилось? – спросил Тарас Адамович.

– Заходите, расскажу, – пригласил его Щербак в свое обиталище. Тарас Адамович вошел.

Квартира была просторная, с большими окнами, загроможденная невероятным количеством ярких вещей, однако, как ни странно, выглядела эффектно.

Внушительное впечатление на Тараса Адамовича произвел огромный диван насыщенного вишневого цвета – таких он еще не видел. Рядом с ним – плетеное кресло с кучей розовых подушек. У окна – мольберт, вдоль стен расставлены картины и натянутые холсты, краски и кисти, на подоконнике – какие-то бумаги и яблоко. В одном углу – этажерка с книгами. Посреди комнаты – стеклянный столик, на нем пустая бутылка, у столика – разбитый бокал. Хозяин исчез в другой комнате и через минуту вернулся с пушистым веником.

– Нужно собрать стекла сразу, – объяснил он. – В прошлый раз я не придал этому значения, а потом с неделю доставал занозы из ступней, – пожаловался он. Гость заметил, что его собеседник был босой.

– Выпьете чего-нибудь? – вежливо спросил он Тараса Адамовича.

– Чаю, – кивнул тот.

– Минутку, – сказал хозяин дома и снова исчез в соседней комнате. Тарас Адамович прошел вдоль дивана и услышал:

– Чувствуйте себя как дома!

Теперь Щербак вернулся с подносом, на котором грозно пыхтел чайник, а по обе его стороны стояли расписанные цветами фаянсовые чашки.

Бывший следователь заметил, что на донышках чашек лежало что-то скрюченное, напоминающее корень какого-то растения.

– У меня к вам только два вопроса, – начал гость. – То, что в чашках, – не ядовито? И что с вашим глазом?

Художник, уже успевший сменить халат на широкие брюки и рубашку, элегантно уселся в плетеное кресло.

Налил кипятку в чашки и жестом пригласил Тараса Адамовича заглянуть:

– Смотрите!

Скрюченные корешки через минуту всплыли на поверхность и раскрылись нежно-розовыми цветками. Тарас Адамович изумленно улыбнулся. Чай темнел, приобретая насыщенный зеленый цвет.

– Китайский связанный чай. Говорят, его придумали для эстетического наслаждения императора. В тяжелые дни мне иногда хочется почувствовать себя китайским императором, – грустно улыбнулся хозяин.