Горькое логово

Понятно, кто запретил учителям отвечать. Кощею вообще такие его игры в чародейство не понравятся. Ну и пусть. Лишь бы он не разузнал про Сеть.

Сташка старательно, не поднимая головы, учился; когда ненадолго отпускали, плавал или лазал по скалам вокруг замка. Вместе с выносливостью проснулся и давний навык. Уроки самообороны прекратились, потому что Сташка, ставший жилистым и стремительным, вспомнил и показал тренеру такие приемы, что тот испугался. Сташка тут же радостно забыл, как проще сворачивать человеку башку, и теперь лишь подставлял коричневые плечи палящему солнцу, упивался тишиной, лазал по скалам, то с веревками, то без, снимая ботинки с шипами, чтоб чувствовать под ступнями камешки, пыль и жесткую траву.

Подолгу сидел на каком-нибудь уступе или зубце скалы, дышал бескрайним горячим простором, смотрел на синее-синее море и, чувствуя себя древним ящером, ни о чем не думал. Он стал будто бы туго-туго свитым из тех веревок, с которыми лазил по самым трудным скальным стенкам. Времени прошло много, учителя и тренер им довольны, сам он стал сильным и цепким, как диверсант. Скоро его увезут отсюда.

Однажды он спускался со скал дольше обычного, потому что наступил босой ногой на колючку, и, шипя и вздрагивая, долго ее, заразу, вытаскивал, кое-как примостившись на узком карнизе. Устал даже. Не поднимаясь в дом, сбросил у бассейна пыльные шорты и нырнул в темную воду. А когда вынырнул, увидел тренера и доктора, присевшего у бортика. Лицо доктора было встревоженным.

Сташка подплыл к ним, посмотрел вопросительно. Тренер сказал:

– Ты задержался.

Сташка вылез на бортик. Доктор велел:

– Покажи ногу.

– Ерунда же? – изумился Сташка, вытаскивая ногу из воды.

Он и раньше знал, что за ним следят, и раньше наступал на колючки, но доктора это не волновало. Синяков, ссадин, чаячьих царапин и шишек он обычно не замечал, за все время его скалолазных утех лишь раз заинтересовавшись в слякоть разбитым и опухшим коленом. Сейчас – на подошве и след-то от колючки был еле виден, но доктор мазнул лекарством и заклеил пластырем:

– До завтра должно зажить.

Тренер принес Сташке сандалии и одежду – такого тоже никогда не водилось. Наверно, завтра по скалам вряд ли можно будет лазить. А если можно, то не здесь, а в страшном месте, которое называется Лабиринт, и о котором никто, даже Ярун, ничего ему не должен рассказывать.

Дальше день пошел обычно: обед, занятия, ужин, сочинение.