Лимит. Регенерация чувств

В худшем…

Да не стану я перед ней оправдываться! Я сам на поводке ОГБ, и это мне работать на них, а не ей. Гораздо лучше, если я выбью из нее эту любовь, заставив меня ненавидеть, если вдруг сорвусь с цепи.

Ей самой потом будет легче пережить разлуку.

– Иди сюда, – тихо произнес я, привлекая к себе дрожащее тело.

Я уложил ее на простыни, опустился вниз и начал медленно целовать плоский живот, который втягивался от прикосновений. Ее рука плавно дотронулась моих волос, и Терри замерла, стараясь не шевелиться.

Странно, почему такие люди, как я, могли видеть эмоции душой и ощущать, словно материальную сущность? Так же, как обычные люди видят свет, чувствуют запахи, видят образы…

Эмоции представляли собой излучение. Они были подобны электромагнитной волне, улетающей в пространство от источника. И как тот же луч звезды – комплекс ультрафиолетовых, инфракрасных лучей и потока фотонов – чувства людей несли подобные свойства.

И, словно спектр звезд, они имели свои цвета. Положительные – светлый, почти прозрачный. Отрицательные же являлись совсем другими «на вкус», имели свою структуру. Они были темными, хотя такими разными по содержанию и форме. И это тонкое выражение душевных болей клубилось, словно туман родного Асгарда. Каждая эмоция несла собой заряд энергии, который могли впитывать подобные мне существа. Только основная масса менталистов-телепатов предпочитала те светлые чувства, дающие им позитив.

Мне же досталась участь энерговампира, и от темных волн я кайфовал, как от наркотика. Это невозможно изменить. Как бы не противился, я знал, что все начнется снова. В прошлом, пользуясь своими ненормальными способностями и не до конца понимая, в чем же дело, я натворил много глупостей, изобретая для себя способы получения удовольствия. Тогда же случайно обнаружил, насколько усиливается мое наслаждение, если я впитывал эти волны одновременно с тем, как тело получало свою долю удовольствия.

– Не медли. Что с тобой? – прервал мои мысли звонкий голос Терри.

Я снова вдохнул аромат ее страха, и в висках застучал пульс от предвкушения той самой радости – наверное, единственной в моей жизни.

Я делал это для Терри, но понимал, что хочу сам снова попробовать то, чем почти не занимался последнее время. А ОГБ… К черту ОГБ. Дело вовсе и не в них.