Его трофей

Потому что пару секунд назад он вынес приговор, который оборвал мою жизнь.

Что я чувствовала в этот момент? Ничего, вообще ничего. Мой мозг как будто отгонял все эмоции, которые должны были проявиться. Могла ли я подумать, что такое случится? Да ни за что в жизни. У меня только всё стало налаживаться, добилась того, что так долго ждала. И вот меня собственная судьба скинула с небес на землю. Кто тот неумный, кто сказал, что судьба зависит от нас? Они в это точно верят? Так вот то, что сейчас со мной происходит, никак от меня не зависит.

Я не хотела попасть под машину в тот момент, когда была так счастлива и уже распланировала всё на несколько лет вперёд. И как мне сейчас жить, не представляю.

Я не понимаю, как существуют люди, которые, как и я, не могут двигаться. Как они живут и радуются жизни? Да ты даже в туалет не можешь сходить, потому что приходится кого-то просить, а это очень унизительно.

Ты становишься обузой для тех, кто с тобой рядом. Ведь жизнь прекращается не только у тебя, но и у них, кто ухаживает за тобой.

Потому что им нельзя от тебя отлучаться, а если с тобой что-нибудь случится? И как жить при таком распорядке? Ты перестаёшь общаться с друзьями, отходишь от прежней жизни и правил, которых постоянно придерживался. Ты ломаешь себя, свои мысли и чувства, пытаешься меньше чувствовать и замечать, чтобы окончательно не свихнуться от того, что происходит вокруг. Наверное, это и называется адом.

– Мариночка, посмотри на меня, – мамин нежный голос отвлёк от мыслей, которые выжигали меня изнутри.

Я перевела взгляд на родительницу.

– Мам, прости меня.

– Что? О чём ты говоришь?

– Я виновата.

– Марина, ты о чём? – мама старательно делала вид, что не понимает, о чём я ей говорю. Но она всегда была плохой актрисой.

– О том, что вы с папой теперь не сможете нормально жить из-за меня.

– Милая моя, ты что такое говоришь? Мы любим тебя. А ты привыкнешь, главное, первое время перетерпеть, и всё наладится.

– Ничего уже не наладится. Я теперь останусь на всю жизнь такой, – и вот мои первые слёзы, которые побежали быстрой рекой.

– О-о-о… Дорогая, не плачь, не нужно. Мы всё переживём вместе.

– Мам, мне двадцать один год, я только добилась того, о чём мечтала, и того, к чему шла все эти годы. А ты говоришь, всё наладится?

– Что я могу сделать для тебя?

– Уйти.

– Что?

– Я хочу побыть одна, пожалуйста.

– Хорошо, – мама поцеловала меня в лоб и ушла, оставив меня с моими мыслями наедине.