Заставь меня простить

Он боготворил ее тело, заставлял себя чувствовать самой любимой и желанной на свете… Так невозможно притвориться. Слова умеют обманывать. Действия – никогда!

– Игорь – мой сын. Моя плоть и кровь. Мой наследник. Он никогда не пойдет против моего решения!

– И все же? Он просто готов послушаться вас? Даже наперекор своим желаниям? Или он сам хочет жениться по расчету?

Она никогда еще раньше не позволяла себе так разговаривать с мужчиной, приютившим и согревшим после гибели ее семьи. Всегда старалась быть аккуратной и вежливой, стремилась ничем не задеть и не обидеть… Но сейчас готова была спорить и доказывать свое право на выбор! И этим выбором был Игорь Залесский!

– Так ты у него самого и спроси.

 – Владимир Сергеевич притворился, что не заметил ее волнения. Фикция, конечно. Этот хитрый лис видел и знал гораздо больше, чем окружающие хотели бы.

– Мы… – Она сглотнула и прокашлялась, прочищая горло. Зажала руки между колен, пряча легкую дрожь. Свою слабость демонстрировать не хотелось.

Особенно – этому человеку. – Мы не настолько близки с Игорем, чтобы задавать ему такие вопросы…

Они могли всю ночь дарить друг другу небо в алмазах. Могли обожать друг друга телами. Но не разговаривать о будущем. О своих отношениях. О том, что с ними будет дальше.

– Ну, так пора уже сближаться, Кристина! Вы для меня – дети, оба. И ты не менее дорога, чем Игорь. Я хочу, чтобы вы дружили и могли обсуждать все на свете!

– Мне кажется, Игорю эта идея не понравится.

Я не хочу с ним соперничать за ваше внимание, Владимир Сергеевич!

Ее передернуло только от мысли одной… Она хотела бы войти в эту семью, но точно не на правах сестры Залесского. Как жена – возможно. Это если Игорь сам захочет, конечно же…

– Это проблемы Игоря, Крис! Если ему что-то не нравится – потерпит. Взрослый мальчик, сможет разобраться с эмоциями! А я хочу, чтобы у вас были хорошие, дружеские отношения!

Вот сейчас мужчина сбросил все маски, показав свою настоящую суть: жесткую, холодную, равнодушную.

Он редко позволял себе такую откровенность, все чаще притворяясь милым, добрым и заботливым. Вот и сейчас – рявкнул, стукнув кулаком по столу, и тут же снова мило заулыбался…

Стены чужого дома, и без того не самые теплые и родные, показались уже совсем тесными и холодными.

Кристина с трудом выдержала совместный завтрак с опекуном, потратив последние силы на то, чтобы не показать, как расстроена и шокирована.