Чаровница с сюрпризом

Он, конечно, любил сына, но прощать подобные выходки, случающиеся как минимум два раза в неделю, он устал. Пора ему взрослеть и браться за ум. Может и его друзья: Его высочество Ларвит Наргораш и второе высочество – принц демонов Лайар Сортонер – образумятся. Их величества – главы двух сильнейших Империй – тоже места себе не находят, хорошо, наследникам хватает ума носить маску, чтобы не светить лицом.

Через несколько минут дверь открылась. На пороге вальяжно застыл юный герцог. Облокотившись о косяк, скрестил руки на груди.

Его взгляд выражал вселенскую усталость и долю раздражения, будто его оторвали от важных дел. Он успел оценить и всполохи ярости в глазах отца, и брошенная на пол газета, и странное предвкушение на лице родителя, именно оно напугало сильнее всего. Зайр привык, что все шалости сходят ему с рук. Нотации он вообще в расчет не брал, отец мог бушевать неделю, может, две, но сильно не наказывал. А сейчас его спокойствие, пусть и мнимое, младшего аде Тронша напрягало.

– Звал, отец? Что у тебя такого важного, если меня едва ли не силой подняли с кровати?

– Где ты, понятное дело, проводил время не один? – поддел сына глава рода.

 – Кто сегодня удостоился аудиенции в твоей кровати?

– Понятия не имею, я ее по пути подцепил, даже имя не спрашивал. Уверен, слуги ее уже выпроводили. Так зачем звал? – отлипнув от косяка, юноша с размаха плюхнулся в мягкое кресло напротив стола. – Надеюсь, не только из-за потрясающей новости об очередной девице в моей кровати?

– Хочу сообщить тебе новость.

Через два месяца мы устраиваем отбор, пора тебе остепениться, мне надоело читать о твоих шалостях из газет. Не в то русло ты свою энергию направляешь, к тому же уже совсем скоро я передам тебе главенство, учись ответственности.

По мере того, как старший герцог с невозмутимым видом сообщал сыну главную новость, лицо младшего отпрыска все больше кривилось, пока его челюсть не опустилась вниз, глаза не стали как два блюдца, а руки мелко не затряслись.

– Отец? За что ты так со мной? – слова с трудом произносились, звуки выходили шипящие.

– И ты ещё спрашиваешь? – голос повысился на пару октав. Мужчина ногой швырнул помятую газету сыну. – Полюбуйся. Когда ты разносил фонтаны, потому что тебе вдруг стало жарко и захотелось искупаться, я молчал. Подумаешь, огненная натура даже осенью в дождь испытывает неудобства от духоты. Когда ты устраивал демонстрацию отбросов общества, требующих прав и свободы, я сквозь пальцы смотрел на твои выходки.