Нечисть тоже мечтает о любви

Она будто волновалась за мой рассудок, потому и не давала услышать то, что способно меня убить.

Следующая здравая мысль, когда я очнулась: «Как здесь оказалась мама?» Она всхлипывала, отец что-то жестко выговаривал, мое тело будто полыхало в огне.

Под нос сунули нюхательную соль. Я вздрогнула, распахнула глаза. Как оказалось, лежала на животе, укрытая крыльями, как плащом. И если шанс на то, что это мне привиделось, до пробуждения еще был, то сейчас он окончательно растаял.

Попыталась приподняться и непроизвольно застонала – тело все еще горело нещадно и болело так, будто мной колотили об стену.

Хуже всего было то, что при попытке облизать пересохшие губы напоролась языком… на клыки. А-а-а, самые настоящие клыки!!!

– Мама? Что со мной? – едва превозмогая ужас, спросила я и вздрогнула – даже голос изменился, став завораживающим и томным.

Ответить мама не успела. Прямо посреди комнаты появился портал, из которого шагнул мужчина в черном плаще. От него повеяло такой силой, что я машинально сжалась в комок.

Нашему императору до такого далеко. Вот кто рожден править и повелевать.

Рассмотреть гостя с первого раза не получилось, он будто в пелене был, только фигура и едва заметное алое облако ауры, к которой хотелось прикоснуться.

Окинув взором присутствующих, а кроме мамы и отца здесь находился и старший принц, гость с укором посмотрел на него и выдал:

– Неправильно проведенная инициация сорвала все печати, в том числе и на силу, и на кровь. Проснулась кровь древних высших, я обязан забрать тебя в Академию нежити.

– Подождите, как «забрать»? У меня помолвка на… – Договорить я не смогла – взгляд упал на наследника. Тот сидел мрачнее тучи. Да и сама я вспомнила, что уже не хочу замуж за Артиара. Но позор надлежало как-то скрыть.

При упоминании о помолвке его губы сжались в тонкую линию. До меня дошла истина. Ни о каком родстве не может быть и речи. Отец смотрел в сторону, мама плакала. В груди сдавило от осознания чего-то непоправимого.

– Она отправится с вами, – отчеканил его высочество.

 – С этого момента род Штайрэ отрекается от дочери. Вы больше не эссерина, советую вам сменить имя.

До этого мне было страшно? Ничуть не бывало. После слов принца меня с головой затопил ужас. Как это «отрекается»? Этого не может быть! Я ведь их дочь. Они не могут вот так просто отречься от меня лишь потому, что на спине и копчике появились лишние части тела!

Могут! Это я поняла по бегающим глазам отца и опущенным в пол – матери.