Две совы, река и лес. Сказочная повесть. Иллюстрации Яны Михель

Терпеть боль, потому что боль уйдёт, а ты, живой, останешься.

Родители всегда очень смело воспринимали дальние и близкие признаки их врагов: выстрелы, лай, шаги, голоса. Они поднимали уши, переглядывались, иногда уходили, уводя щенков за собою – а тогда их было четверо, но никогда не боялись. С материнским молоком волчатам переливались чувство силы и спокойствия, молчаливое приятие жизни сложной и благодарение за жизнь радостную.

А теперь к ним заглянула смерть.

У жизни много обличий, у смерти много обличий.

Есть те, кто не живёт, имея бьющееся сердце, и те, кто так и не умер, хотя их тело растерзали на куски.

Пёс кинулся к матери, а волчата бросились на него.

Сестрёнки тоже не стало, и Волчонок не знал, что ему помогло или кто, но логово он покинул победителем. Волком из Леса, Серым. Другие прозвища-имена были даны ему потом – Большие Лапы, Мудрый Локи, Наш Волк, даже Лунная Песня, заслуженные за каждый его день в этом Лесу, где никто не остаётся один.

А тогда Сова нашла ему стаю, и к холодам он был по-настоящему крепок, силён, быстр и находчив.

Элгу-Старуху любил и уважал. И, если спросить, ответил бы примерно так: она тёплая и сильная, её не хочется съесть, к ней можно повернуться спиною, и Сова мудра.

Ещё Волк её боялся. Превращения и полёты, дружба со всеми местными, которых тоже нельзя есть, удивляли, настораживали, заставляли размышлять. Даже к огню привык.

Забегал к ней часто, и они говорили на одном им понятном языке. И со временем Волк стал необыкновенным даже по местным понятиям зверем.

Бесконечно, еженощно и ежедневно, он нёс понятый им закон: ешь того, кому уже пора уйти, и никого больше, не причиняй боль, не сей страх. Останавливай беду, если можешь.

Любовь он понимал, но по-своему, согласно волчьей сути: это музыка, та Песня, которую поёт весь Лес, которая несёт его лапы и согревает ему сердце. И которую иногда напевает Элга у костра.

Глава 10

В истории, как Дик прыгнул в Реку, которая стала и местной байкой, и легендой, Волк-из-Леса может рассказать большую часть, ведь он был её свидетелем и участником.

Локи как раз учился у Совы видеть чужую Беду. В тот день сидели они у воды и переговаривались:

– Слышишь? – спросила Элга, – движется. То, что тебе и надо. Ну, давай, пробуй!

Волк раскрылся на всё, что знал, ощупал и воздух, и звуки… Тонкое колыхание, сложное, как мотив, шло как бы с ветром, но по своим путаным законам, цеплялось за ветки, как клочья тумана, западало в травы.