Чертенок из табакерки. Сказка про любовь

У графа же при виде крохотного насупленного чёртика с малюсенькими рожками на голове чуть глаза на лоб не вылезли от изумления!

А Клод старательно соблюдал этикет:

– Познакомься, Персик, это граф Огюст де Рамбле! Теперь ты будешь его другом, теперь ты должен во всём слушаться графа и во всём помогать ему!

Граф на всякий случай несколько раз незаметно перекрестился, но с удовольствием принял дар нищего старика и от души поблагодарил его.

– Надо же! У меня никогда ещё не было друга в табакерке, – слегка пожал плечам молодой красавец и с восхищением произнёс – но ведь это и вправду самый настоящий чёртик!

– Настоящий, настоящий, – вполне серьёзно подтвердил Клод, – Вы не смотрите, что он маленький, он всё рано самый настоящий друг! Так что не сомневайтесь! – и про себя добавил, – так Господь повелел, а ему лучше знать!

– Ну, и чудеса! Ну, и чудеса! – не переставал удивляться Огюст де Рамбле, позабыв ненадолго свою печаль.

– Будешь служить графу верой и правдой, – ещё раз повторил шарманщик, хотя у него очень щемило сердце от предстоящей разлуки, и голос его дрогнул, – прощай, Персик! Мне будет не хватать тебя, малыш!

– Прощай, Клод! Может, и свидимся ещё… – чертик шутливо дёрнул шарманщика за бороду.

Но на самом деле ему было сейчас совсем не до шуток, Персику было грустно, как никогда, и он поспешил спрятаться в табакерке, чтобы никто не заметил его состояние.

Вот и свершилось по слову Его —

Разбитое сердце нашлось!

И Слово и звёзды – всё вместе сошлось

Но что впереди? Не понять ничего!

Так началась у Персика новая жизнь.

Граф привёз его в свой замок и положил табакерку на стол в своём кабинете, строго-настрого запретив всем слугам прикасаться к ней.

Для начала граф запер дверь и сел писать письмо своей возлюбленной, красавице маркизе Вивьен де Шанте, которая так легкомысленно отвергла его! Персик сидел рядом с чернильницей и по мере сил помогал графу, давая вполне дельные советы.

А граф торопливо изливал на бумаге все свои чувства, всю свою пылкую любовь, и умолял ветреную красавицу о снисхождении, прося хоть одно свидание!

Дело в том, что не он один настойчиво добивался её руки! Вокруг маркизы всё время крутился обедневший соседний шевалье** Арман де Мот, и ещё один дворянин – очень хитрый и прижимистый, но слегка неповоротливый, барон Франсуа де Гиже.