Клариса. По ту сторону холста

– Вы ему говорили и предупреждали? – Я удивленно посмотрела на явно переживающего мэтра.

– Ну, конечно, говорил, девочка моя. И предупреждал. И уговаривал. Просил не спешить. Это должно было случиться рано или поздно.

– Должно было случиться? – снова удивилась я.

– Конечно, Клари. Однажды кто-то из покупателей рисунка обратился бы к эксперту. Специалисту узкого профиля, разбирающемуся в рисунках, скажем, Альбера Дюбера. И всё вышло бы наружу.

– Но ведь специалисты могут и ошибиться, – возразила я.

– Да, могут. Они это и делают сплошь и рядом. То одно говорят, то другое. А наша химическая экспертиза не так хороша, как многие думают. Но в этих рисунках все было плохо. Все три основные составляющие подлинности.

– Так вы и не собирались их покупать?

– Нет, конечно. Признаю, соблазн был очень велик. И я чуть было не поддался искушению. И я даже готов признать, что уже обдумывал покупку. И твое вмешательство было своевременным. Кстати, что это было? Я, кажется, дал тебе довольно много времени, чтобы подумать и сказать правду.

 – В его улыбке была бездна коварства.

А мне-то казалось, все совсем не так. Я думала, что меня уволят с минуты на минуту. Думала, что мэтр переживает о потерянной прибыли. А он, оказывается, о друге заботился. И я села и обстоятельно все рассказала мэтру. Что почувствовала, что увидела в тот момент, когда подняла рисунок. И еще, как ему рассказать то, что в моем мире вот за такие видения и тем паче голоса можно и в дурку угодить.

А я только вот выбралась из нее. Мне стало просто страшно. И списать все на воображение стало как-то проще. Да и мой куратор рассказывал про молнии, огненные шары. Про видения он ничего не говорил.

– Понимаю тебя, Клариса. А художник тот, которого убили. Ты его раньше разве видела? – Покачал головой мэтр, одновременно сооружая магического вестника. Вестник взмахнул крылышками и вылетел в специальное малюсенькое окошко.

Я отрицательно помотала головой.

– Тогда как ты объяснишь его присутствие в твоем видении? – И его улыбка снова была полна такого лукавого коварства, что мне невольно тоже захотелось улыбнуться.

– Я не знаю. Как-то не подумала.

– Эх, молодежь. Нет бы сразу прийти, со стариком посоветоваться. Тянула чего-то. Фантазировала. Голову себе ненужными мыслями забивала. А нужно-то было просто попросить совета. Чай не сто золотых-то просишь. В долг без процентов. – Он укоризненно покачал головой, а потом продолжил.