Война хаоса

– Но если мы…

– Нет, – уже с большей силой сказал он. – Ты отпустил меня на свободу только по одной причине. Чтобы сделать эту планету безопасной для твоей Виолы.

И я промолчал.

– Я согласился на твое условие, и теперь ты дашь мне сделать то, что должно быть сделано. Ты позволишь мне сделать эту планету безопасной для нее и для всех нас. И для тебя, Тодд, потому что сам для себя ты этого сделать не сможешь.

Я помнил, как солдаты исполняли каждый его приказ… как кидались в битву… и умирали… – просто потому, што он так сказал.

Да, он прав. Не знаю, смогу ли я когда-нибудь сделать такое.

Он мне нужен. Ненавижу, ненавижу его за это, но он мне нужен.

Я отвернулся. Закрыл глаза, уткнулся лбом в шею Ангаррад…

Я есмь круг и круг есть я, подумал…

Если контролировать Шум, контролируешь себя.

А если я смогу контролировать себя…

Возможно, я смогу контролировать и его.

– Возможно, и сможешь, – согласился он. – Я всегда говорил, что в тебе есть сила.

Я поднял глаза.

Мэр улыбался.

– А теперь, – сказал он, – поставь лошадь на ночь и как следует отдохни.

Он втянул носом воздух. Теперь, когда нам не грозило умереть в любую секунду, сделалось ощутимо холоднее. Над вершиной холма разливался бледный отсвет спачьих бивуачных костров.

– Мы выиграли первую стычку, Тодд, – сказал мэр. – Но война – она только началась.

И Третий

(Возвращение)

Земля ждет. Я жду вместе с ней.

И горю ожиданием.

Потому что мы победили врага. У подножия их холма, на окраинах их города мы окружили армию людей, и теперь она в нашей власти.

Битва почти выиграна. Мы победили.

Но в этот миг земля разверзлась у нас под ногами и наши тела полетели в воздух.

Мы отступили. Мы бежали, карабкаясь вверх по холму, по битому камню, по размозженной дороге, вверх, за гребень, чтобы лечить наши раны и оплакивать мертвых.

Но мы были близки к победе. Так близки, что впору попробовать ее на вкус.

Я и сейчас чувствую этот вкус, глядя на долину внизу, где люди из Расчистки разбивают лагерь, лечат свои раны и хоронят своих мертвецов, небрежно побросав наших в кучи.

Я помню другие кучи тел, в другом месте…

Я снова горю от одного воспоминания.

А потом я вижу еще кое-что, оттуда, где сижу, с гребня холма – рядом с тем местом, где река рушится в долину. Я вижу свет, парящий в ночном небе.

Следящий за нами. Следящий за Землей.