Война хаоса

и…

Я ЕСМЬ КРУГ И КРУГ ЕСТЬ Я.

Он снова послал мне это прямо в голову, и та же легкость, то же плывущее ощущение…

Ощущение, от которого Шум стихает…

О котором я не сказал Виоле ни слова…

(потомуш от него вопли войны стихают тоже, и я больше не вижу, как умирают люди, и…)

(и там ведь есть что-то еще, да?)

(тихое такое жужжание позади всего этого света)

– Не лезь ко мне в голову, – сказал я. – Я тебе говорил, если попытаешься снова меня контролировать…

– Я вовсе не у тебя в голове, Тодд, – возразил он.

 – В том-то и красота. Это все ты. Тренируйся, Тодд. Это дар.

– Не нужны мне от тебя никакие дары.

– Уверен, в том-то и дело, – все еще улыбаясь, заявил он.

– Мистер президент! – встрял, внезапно появляясь, мистер Тейт.

– Ах да. Капитан, – отозвался мэр. – Прибыли первые доклады шпионов?

– Пока нет, сэр. Ожидаем сразу после рассвета.

– И они сообщат нам, что наблюдают ограниченные передвижения к северу, над рекой, которая слишком широка, чтобы спаклы могли переправиться, и к югу, вдоль гряды холмов, которые слишком далеко, чтобы их можно было эффективно использовать, – мэр поднял глаза на холм.

 – А значит, нападать они будут вон оттуда, в этом нет сомнений.

– Но я к вам не за этим, сэр, – мистер Тейт протянул ему какую-то кипу сложенной ткани. – Оказалось непросто найти ее в развалинах собора. Но она оказалась совершенно нетронутой.

– Превосходно, капитан, – мэр принял ношу; в голосе его звучало неподдельное удовольствие. – Просто превосходно.

– Что это такое? – полюбопытствовал я.

Мэр развернул ткань и поднял повыше: это оказался нарядный с виду мундир и брюки к нему.

– Моя генеральская форма.

И на глазах у мистера Тейта, у меня и у всех солдат с ближайших бивуаков он стащил свой обычный мундир, заляпанный кровью и пылью, и натянул этот, идеально подогнанный, темно-синий, с золотой полосой вдоль каждого рукава.

Разгладил его ладонями по всей длине и глянул на меня все с той же прыгающей в глазах довольной искоркой.

– Ну что ж, да начнется битва за мир.

[ВИОЛА]

Мы с Желудем возвращались по дороге… в город… через площадь… Небо на востоке тихо розовело под натиском надвигающейся зари.

Пока могла, я оглядывалась на Тодда… Но вскоре он пропал из виду.