Эхо ужаса

Арбузов ещё несколько минут постоял на месте, взглянул на свои часы, которые показывали почти семь часов утра. Он прекрасно понимал, что Сотников и его ребята – единственная надежда прояснить причину потери связи с посёлком. Мысль о том, что другие люди тоже уже начали интересоваться этим обстоятельством, теперь не покидала его. Сев в свой автомобиль, он аккуратно поправил пальто и сказал шофёру, что пора ехать на работу. Машина, покинув аэродром, выехала на просёлочную дорогу и скрылась за поворотом.

Облака затянули всё небо, окончательно спрятав за собой едва пробивавшиеся лучи нежаркого осеннего солнца. Начал моросить мелкий дождь, время от времени перемежающийся снегом.

Приехав на работу, Николай Трофимович поднялся в свой кабинет и вдруг заметил, что дверь в него была приоткрыта. Зайдя внутрь, он обнаружил, что всё было перевернуто вверх дном. На рабочем столе и на диване валялись разбросанные папки с различными досье, в том числе и секретными.

Бумаги и документы были повсюду. Единственное, что осталось нетронутым, это был сейф, стоящий около окна, в углу кабинета. Именно в нём он и хранил документы с новым заданием и личными делами группы, а также самые важные и ценные архивы. Ключ от него был только у Николая Трофимовича, и он всегда носил его с собой.

Генералу сразу стало понятно, что в его кабинете неизвестные люди что-то искали, и, скорее всего, они были из особого отдела. Однако сообщать об этом кому-либо Арбузов не торопился, ведь это могло поставить под угрозу сверхсекретное задание, которое он поручил лейтенанту Сотникову.

Поэтому он молча стал прибираться у себя в кабинете: нужно было как можно скорее навести порядок, не давая никому никаких поводов для разговоров и размышлений.

Глава 7

Солнце взошло уже высоко. Небо было чистым и безоблачным, метель, которая так внезапно началась с вечера, так же быстро и закончилась.

Ветра тоже почти не было, кругом – тишина, лишь изредка нарушаемая птичьими голосами, долетающими откуда-то из глубины леса. Тайга готовилась к зиме…

Хайрул пришёл в себя от звука самолёта, летящего низко, почти по вершинам деревьев. Тело болело: встреча с неведомым существом бесследно не прошла, особенно беспокоили раны на руке и плече, которые перестали кровоточить только под утро, когда сосуды на замёрзшем теле сжались от холода.