Плакучая ива

На контрасте с прочими постройками коттедж смотрелся, точно миниатюрный дворец, перенесшийся в лесную чащу прямиком из старушки Англии. Оставив скакуна у коновязи, Георгий Константинович укрылся под черепичным козырьком крыльца и постучал в дверь. Ни звука.

Неужели хозяина нет? Куда он мог подеваться? Снова играет с уездным лекарем в преферанс? Вот было бы некстати! А может, не слышит? Все-таки человек в возрасте…

Исправник вновь забарабанил в дверь. Громче и настойчивей. Издав легкий обиженный скрип, створка слегка подалась.

Не заперто!

Невзирая на испятнанные коричневой жижей наряд и сапоги (хотя известно, как житель сказочного замка обожает чистоту), Вебер вошел внутрь, совершив бесцеремонное вторжение. Он, разумеется, предполагал, чем сей фортель обернется лично для него, но не стал об этом тревожиться. Излишняя церемонность – паршивое качество для полицейского чиновника.

Почти двадцать лет Георгий Константинович прожил в Саратове. Катался сыром в масле, не зная бед и не считая денег.

Всех забот – помогать матери в управлении мебельно-суконной мануфактурой. Да сопровождать ее в церковь по воскресеньям.

Общественное положение юноши считалось весьма высоким, многие ему завидовали. Однако маленький Егорий ежечасно помнил о своем истинном происхождении. Не забыл, как его, шестилетнего деревенского весельчака, оставили сиротой. Как добрая женщина – Ольга Каземировна Листвицкая – дала бедному мальчику кров, защиту, семью. Заменила мать. Живи и радуйся, что еще нужно?! Но зов души оказался сильней…

В 1860 году молодой мужчина испросил благословения приемной родительницы и укатил сюда, в Курган.

Поступил на службу в полицию и с головокружительной быстротой поднялся до помощника уездного исправника – заместителя начальника городской и уездной стражи. Конечно, не обошлось без покровительства прежнего руководителя, проникшегося к Веберу уважением и дружеской симпатией. Что очень удивило местных служак, привыкших полагать, будто старик – закоренелый ворчун и вообще фигура с прибабахом. Странноватый чиновник давно маялся в высоком кресле, страстно мечтал уйти на пенсию и скоротать остаток века в тишине и покое. Потому с удовольствием взялся натаскивать подопечного, приучать его к суровой мужской работе.

Так мягкий Егорий превратился в Железного человека.

Вне всяких сомнений, жить вдали от матери очень тяжело. Временами накатывал страх, что через десяток лет останешься на белом свете один-одинешенек.