Дживс, вы – гений! Ваша взяла, Дживс! Фамильная честь Вустеров

Может, читали?

– Нет.

– Это в разделе очерков. Не противодействуйте законным действиям полиции, говорится в ней, общественное мнение Англии серьезно обеспокоено неуклонным ростом преступности в малонаселенных сельских районах. Я вырезал статью и хочу вклеить в свой альбом. Если в 1929 году число административных правонарушений выражалось цифрой 134 581, то в 1930-м оно выросло до 147 031, причем отмечается значительное увеличение тяжких преступлений – до семи процентов, и что же, спрашивает автор, чем объяснить это тревожное положение в стране, может быть, недобросовестной работой полиции? Нет, отвечает он, нет и нет.

Законные действия нашей полиции постоянно встречают противодействие.

Видно было, что бедняга оскорблен в своих лучших чувствах. Н-да, нескладно получилось.

– Я все понимаю, сержант, – сказал я.

– Может быть, и понимаете, сэр, не спорю, но еще лучше поймете, когда подниметесь к себе в спальню и грабитель перережет вам горло.

– Господь с вами, дорогой сержант, с чего такие страсти, – сказал я.

 – Поверьте, мне ничего не грозит. Я только что спустился сверху и уверяю вас, ни одного грабителя там нет.

– Возможно, затаились, сэр.

– Выжидают подходящей минуты, – предположил констебль Добсон.

Сержант Ваулз тяжело вздохнул:

– Мне очень не хочется, сэр, чтобы с вами случилось что-то нехорошее, ведь вы близкий друг его светлости. Но вы проявляете такое упорство…

– Да разве может случиться что-то дурное в таком замечательном месте, как Чаффнел-Риджис?

– Напрасно вы так в этом уверены, сэр.

Чаффнел-Риджис уже не тот, что прежде. Мог ли я когда-нибудь думать, что загримированные под негров музыкантишки будут петь свои дурацкие песни и смешить публику чуть не под самыми окнами полицейского участка.

– Вы относитесь к ним с недоверием?

– Начали пропадать куры, – мрачно продолжал сержант. – Несколько птиц исчезло. И я кое-кого подозреваю, да-с. Что ж, констебль, идемте.

Если нашим расследованиям оказывают противодействие, нам здесь делать нечего. Доброй ночи, сэр.

– Доброй ночи.

Я закрыл дверь и в три прыжка наверх, в спальню. Полина сидела на кровати и сгорала от любопытства.

– Кто это был?

– Местная полиция.

– Зачем?

– Судя по всему, они видели, как ты влезала в окно.

– Ах, Берти, у тебя из-за меня сплошные неприятности.

– Ну что ты, я просто счастлив. Ладно, пора мне сматываться.