Даровые деньги

Ей очень нравилось снадобье от кашля, а долгий опыт подсказывал, что если жалобно смотреть на аптекаря янтарными глазами, леденца два или три ей перепадет. Вот и сегодня, подбежав к двери, она только-только принюхалась, как вдруг получила весомый удар по носу, завизжала, отпрыгнула, а из аптеки выскочил полковник со своей бутылкой.

– Минуточку, минуточку! – язвительно сказала собачка. – Нельзя ли помедленней, любезный?

Полковник, придавленный бременем скорбей, заметил, что к ним прибавилось лохматое чудище, и рявкнул:

– Брысь!

Эмили зашлась от лая.

– Ах-ах-ах! – говорила она, сопровождая междометия визгом. – Это еще кто? Бьет, видите ли, по носу, словно король какой-нибудь…

– Пошел отсюда! – заорал полковник.

– Если хотите, «пошла», – заметила Эмили. – Я – дама, черт побери!

Словарь у нее был богатый и современный.

– Из-за таких субъектов, – продолжала она, – все наши беды. Знаю я вас, акул! Одно слово, тираны. Разрешите сказать…

Тут, как это ни печально, полковник решил ее ударить.

Она увернулась, но, убедившись в тщете слов, изменила тактику. Намереваясь вцепиться противнику в ногу, она услышала истерический крик:

– Э-э-ми-ли-и!!!

Голос у Джона был зычный, легких он не жалел. Когда валлийский терьер вот-вот сожрет отца любимой девушки, миндальничать нельзя. Услышав трубный вопль, полковник подпрыгнул и выронил свою бутылку. Та со звоном разбилась, а Эмили, вполне способная внести лепту в неожиданный, хотя и безопасный тарарам, все же поджала хвост и убежала.

Негромкие, но приязненные крики у кабачка «Герб Кармоди» свидетельствовали о том, что она миновала это популярное заведение.

Однако Джон не успокоился. Глядя на Уиверна, вы не подумали бы, что у него красивая дочь, но так уж случилось, и Джон робел, как робеет едва ли не всякий при отце красивой дочери.

– Простите, – выговорил он. – Надеюсь, вы не ранены?

Потерпевший не ответил, но метнул в него тот взгляд, от которого сержанты никли, как увядшие розы.

Потом оба они вошли в аптеку.

– Еще одну, – лаконично сказал полковник.

– Вы уж простите! – сказал Джон.

– Ту я уронил. На меня бросился дикий пес.

– Ради Бога, про…

– Нет, как разрешают водить их по улицам?

– Я вас у-мо-ля…

– И опасно, – закончил полковник, – и противно.

– Так-так, – сказал аптекарь.

Разговор себя исчерпал. Байуотер понял, что не время любовно вывязывать бантики, и мгновенно упаковал бутылку.