Дживс, вы – гений! Ваша взяла, Дживс! (сборник)

Короче говоря, он считал, что свою семью надо держать в ежовых рукавицах.

Поймав этот взгляд, я почувствовал, что мне трудно сформулировать вежливый вопрос:

– Значит, вы… э-э… значит, она… э-э…

– Да. Вы оказались правы, мистер Вустер. Она плавала ночью в заливе.

В его глазах снова плеснулась рыба. Так, Полина нынче вечером в большой немилости, это ясно, хорошо бы замолвить словечко за беднягу, но ничего не приходило в голову, на языке вертелось «Кто поймет этих девушек», но я не решился произнести это вслух.

В этот миг стюард объявил, что кушать подано, и мы двинулись в столовую.

Должен признаться, я несколько раз сожалел во время ужина, что из-за событий, значение которых никак не следует преуменьшать, за столом не присутствуют обитатели Чаффнел-Холла. Вы, конечно, усомнитесь в искренности этого моего заявления, ведь общеизвестно, что, если за столом отсутствуют сэр Родерик Глоссоп, вдовствующая леди Чаффнел и отпрыск последней, Сибери, вечер пройдет необыкновенно приятно.

И тем не менее я предпочел бы их общество. Обстановка была такая гнетущая, что вся еда приобретала вкус золы. Если бы этот грубиян Стоукер не совершил столь диковинный поступок и сам не пригласил меня на яхту, я бы заключил, что его от одного моего вида тошнит. Он сосредоточенно жевал в мрачном молчании, явно поглощенный собственными тайными мыслями. А если что-то и произносил, то вроде как через силу и ужасно свысока. Можно сказать, сквозь зубы цедил, во всяком случае, очень близко к этому.

Я изо всех сил старался поддерживать разговор. И только когда этот мальчишка Дуайт удалился из-за стола и мы стали закуривать сигары, я наткнулся на тему, которая вызвала у хозяина интерес, он оживился, даже настроение поднялось.

– Славная у вас яхта, мистер Стоукер, – сказал я.

В первый раз за все время в его лице появились признаки жизни.

– Одна из лучших в мире.

– Я мало плавал на яхтах. И никогда не был на такой большой, если не считать яхт-клуба на острове Уайт.

Он знай себе дымит. Зыркнул в мою сторону глазом на шарнире, потом снова заговорил:

– Удобная вещь яхта.

– Еще бы.

– Можно разместить массу друзей.

– Да уж.

– И отсюда им не так просто удрать, не то что на суше.

Странное представление о гостеприимстве, но, думаю, гости от такого мрачного зануды, как Стоукер, буквально разбегаются, он наверняка не раз от этого страдал.