Лисий Хвост. По ту сторону холмов. Книга вторая

Помню, мне стало тоскливо-тоскливо, хотелось обратно на руки того волосатого, а потом – спокойно и мирно, и я начал засыпать. Вода журчала и будто разговаривала со мной. Что-то вроде «люблю, люблю». Вот и всё. Ну что это, сон или воспоминание? Не пойми что такое.

Севда смахнула слезинку со щеки, Анга нахмурилась. Казалось, ей тоже хотелось бы пустить слезу над этим поэтическим рассказом Шимы, но она старается соответствовать своему строгому образу, и выискивает, как можно быстро продолжить разговор на другую не столь душещипательную тему.

Она быстро нашла повод, когда Шима опять потянулся рукой к своей степняцкой войлочной шапке с острым верхом и начал поправлять её.

– Да что ты её теребишь! – закричала она на него. – Всю дорогу к ней тянешься. Да сними ты её уже! Тепло ведь!

С этими словами Анга одним молниеносным движением сорвала шапку с головы Шимы, а тот даже не успел опомниться.

– Что это с тобой? – охнула Анга, да и остальные удивлённо загомонили.

Шима смущённо поскрёб свежевыбритую голову.

– Билигма меня перед отъездом побрила и настояла, чтобы всю дорогу меня отец продолжал брить.

– Зачем это? Так, конечно, делают, но тебе это совсем не идёт. С волосами красивей, тем более они у тебя такие необычные.

– Она сказала, без волос меня сложнее узнать. Билигма боится, что меня ещё ищут и могут узнать по цвету волос, а так не видно, какие они у меня.

В самом деле, бритая голова Шимы никак не выдавала его странную смесь между чёрными, рыжими и белыми волосами. Сейчас она скорее отливала синевой, характерной для свежего бритья.

– Ничего себе, – протянул Мунку.

Шима пожал плечами, ничего, мол, не поделаешь. После этого все некоторое время ехали молча, на попытки Шимы каким-то образом разрядить обстановку и разговорить товарищей отвечали будто нехотя и подбирая правильные слова.

Впрочем, довольно быстро их общение вернулось в обычное русло и о недоразумении с волосами все забыли.

В эту ночь на привал встали близ подножья холмов, и путникам предстояла последняя ночь по эту их сторону. На следующий день путь пролегал уже через саму гряду.

Как обычно, по вечерам после долгого дня Шиме ещё предстояли занятия с мечом под руководством его отца.