Лисий Хвост. Красный город. Книга четвёртая

– Ладно, отдыхай, – смилостивился император и вытянул в наслаждении ноги.

Многие из его людей тоже опустились на землю, пользуясь передышкой. Раненые, кто мог, уходили в лагерь, а тех, кто был не в состоянии, уносили товарищи. Потери гвардейцев не шли ни в какое сравнение с тем количеством павших, что оставили за собой отступившие мятежники. Да, невеликое дело кромсать вчерашних крестьян.

Тем временем, Луна окружили несколько его офицеров.

– Ваше величество, посмотрите на поле. Враг остановлен, он колеблется.

Сейчас самое время ударить по нему конницей и разбить его. Отдайте приказ, ваше величество!

Он слушал советы и увещевания, смотрел на поле и напряженно думал. Он уже успел сегодня отдать один приказ, который, как ему казалось, был не только не верен, но и чуть не стоил им потери всего южного фланга. Большая часть конницы всё ещё стоит в запасе, ожидая своего часа. У мятежников кавалерии нет, есть лишь несколько небольших отрядов, которые, по-видимому, служат дружиной их главаря.

Так что имперские всадники ворвутся в ряды не обученного народного ополчения и наверняка сомнут его. Но с другой стороны, других резервов у императора больше нет. Если что-то пойдёт не так, то поддержать позиции, укрепить их, сил уже больше не останется.

Что же делать? Голоса советчиков звучали всё громче и настойчивее. Лун посмотрел на небо. Оно, как и утром, было затянуто серой пеленой, скрывавшей солнце, положение которого можно было лишь смутно угадывать.

Давно перевалило за полдень. Если сегодня не кончить битву, она может растянуться ещё на день. Хуже этого, наверное, ничего и придумать нельзя.

Лун поднялся с камня, отряхнулся и поправил одежду. Все умолкли, ожидая его решения. Ещё мгновение император колебался, потом произнес:

– Пусть конница атакует. Пора заканчивать битву.

Офицеры ликующе закричали и несколько из них на радостях устремились вниз по склону, чтобы передать приказ.

Неожиданно на императора навалилась нечеловеческая усталость и он почувствовал себя старым.

Весь этот ужасный день измотал его тело и душу. Ничего не хотелось ему сейчас так сильно, как просто завалиться в постель и подремать.

Может быть, в лице Луна промелькнуло что-то такое, или в его глазах, но Лян Се тот час метнулась к нему и встала рядом таким образом, чтобы он смог на неё опереться.

– Вот ты и исполняешь свою роль няньки, – усмехнулся он горько.