Дети Хроноса

Я хочу знать, почему в 1986 году Вандале предоставил свой загородный дом в узуфрукт[16 - Узуфрукт – право пользования чужим имуществом с присвоением доходов от него. (Примеч. ред.)] сомнительной НКО.

Лодевейк Вандале поприветствовал Ива Провоста слабой улыбкой. Провост выглядел изможденным. За последние двадцать четыре часа он почти не спал.

– Я беспокоюсь, Лодевейк. Нам никогда не следовало доверять Артсу.

Вандале затянулся своей дорогой сигарой. Его лицо не выражало никаких эмоций. Из-за дыма «Давидофф» его маленькие мутные глаза моргали через равные промежутки времени.

– Расслабься, Ив. У каждой проблемы есть решение.

Вандале проводил Провоста в гостиную. Оба мужчины устроились у окна. На улице было еще изрядно тепло, но лучи заходящего солнца цвета охры обещали раннюю осень.

– Артс сбежал, Лодевейк. Я задаюсь вопросом почему. – Вандале подал Провосту рюмку спиртного. Сам он довольствовался стаканом фруктового сока. Кто-то должен был сохранять хладнокровие.

– Ты знаешь Артса. Он прочитал новости в газете, и у него началась паника.

Возможно, он боится жестких мер с нашей стороны. Он никогда не должен был закапывать тело на моей территории. Мы так не договаривались. Артс чертовски хорошо знал, что все его услуги я оплатил с избытком. Давай сначала подождем, пока он снова всплывет. – Вандале пытался успокоить Провоста. – Ожидая, что он вернется как побитая собака, мы должны сохранять спокойствие.

– Тебе удалось связаться с Брэйсом? – резко спросил Провост.

– Йохан сейчас в Бурунди.

Я ему позвоню, как только он вернется.

Провост бесцеремонно хлебал виски. Вандале подошел, сел рядом с ним и по-отечески положил свою руку ему на плечо.

– С чего бы это Артсу рубить сук, на котором он сидит? Я сделал ему практичный подарок: подарил «Клеопатру». Вилльям зарабатывает себе на хлеб вполне прилично. У него нет никакой причины нас предавать.

Провост чувствовал, как рука Вандале горит у него на плече. Он знал цену подаркам Вандале. За обветшалую виллу на Малсестеенвег Артсу пришлось выложить пять миллионов.

«Клеопатра» был тогда третьесортным баром, куда брюссельские проститутки на пенсии приходили наслаждаться заслуженным отдыхом. Клиентура состояла из горстки закомплексованных коммивояжеров, которые думали, что за бутылку тепловатого игристого вина они смогут купить билет в рай.

Артс взялся за дело профессионально. Он импортировал молодых гибких девушек: мулаток, филиппинок, тайских массажисток и польских блондинок.