«Лекарство от смерти» доктора Кронина

– Мама, ты как ребенок, ну что такое «вечно»?! Ну, десять, двадцать лет прибавится, а может, и пять, и год – на сколько энергии хватит – все сугубо индивидуально – все от организма пациента зависит. А этим десяти выброс энергии никак не повредит – это, как кровопускание, – даже для здоровья полезно, правда, если не злоупотреблять. Главное, чтобы любовь была.

– Где ж ее взять-то, столько любви?!. – женщина вздохнула и, не отрывая глаз от таинственного чертежа, задумалась.

– Ну, взяли же сегодня! Привезли человека – плохо стало на свадьбе внука.

– Старик что ли?

– Да нет – шестьдесят четыре. Состояние плохое. Осмотрели – инфаркт, причем уже второй. Перевеселился. А приехал, как был на свадьбе – со всей родней – жена, дети, внук с молодой женой. Все нервничают, беспокоятся. Мы видим – плохо дело – не вылезет. А у меня аппарат в лаборатории стоял в клинике – я его месяц, как закончил, но все боялись его испробовать, да и как-то не складывалось испытать.

А сейчас главврач видит – выхода другого нет, ну и предложили, в общем…

– Что? – подняла на него глаза мать.

– Рискнуть. Родным не из чего было выбирать – худший исход был один, время шло, а альтернативу могли предложить только мы и только такую – все остальное уже бесполезно было. Ну, они расписку сразу написали – что берут всю ответственность на себя, и – в очередь к аппарату. И, ты представляешь, мам, ожил, оклемался, в себя пришел, только вот не знаю – надолго ли.

Теперь операцию будут делать – сам Сан Саныч, главврач, возьмется за него. Но главное – итог! Понимаешь – ни сердечно-легочная реанимация, ни электрошок – ничего не помогало. Человек был на грани, почти за гранью. А тут – сразу очнулся – даже цвет лица нормальный стал! – с воодушевлением рассказывал Кронин.

– Хорошо, что людям помогаешь, сынок. – Вздохнула мать, глядя на Сергея отчего-то горьким и сочувственным взглядом.

– Да, я же и сам себе помог. Если этот опыт удался, если подтвердится полная действенность аппарата, то я и себе, и тебе, мам, помог.

– Да, мне уж не надо, – чуть улыбнувшись, снова вздохнула старушка, – Я уж свой век доживаю, и сколько на роду написано, столько и хочу жить.

– А мы тебе еще лет двадцать припишем, – весело выкрикнул Сергей, – и еще поживешь!

– Да, не надо уж… – Анна Федоровна махнула рукой и, медленно ступая, пошла к двери, – Ты лучше о себе позаботься.