Грань времени

Ты права – если бы мы отвели тебя к профессионалу, тебя бы заперли или дали столько антипсихотических препаратов, что ты не смогла бы увидеть медальон, не говоря уже о том, чтобы использовать его. Но. Может быть, сейчас будет лучше, если рядом будут оба родителя? Твоей маме потребовалось бы некоторое время, чтобы пон…

– Нет. Вчера я, может быть, и согласилась бы с тобой, но… – ему я могу рассказать. – Ладно, она собиралась позвонить тебе сегодня, и я бы предпочла, чтобы ты не говорил ей, что я уже рассказала тебе все, но у нее сейчас появился действительно невероятный шанс на работе.

Все подробности она расскажет сама, но ее ждет большое путешествие, и она уезжает в середине следующей недели. Я не думаю, что она уедет, если мы расскажем ей об этом. И даже несмотря на то, что Кэтрин, вероятно…

Я собираюсь упомянуть о своем подозрении, что Кэтрин как-то связана с путешествием мамы. Но у меня нет никаких доказательств, что она имеет к этому какое-то отношение, и она вовсе не выглядела виноватой, когда я упомянула об этом, поэтому я промолчала.

– Кэтрин, вероятно, что?

– Ничего, просто… они будут спорить из-за этого всего. Ты же знаешь, что так и будет. Кэтрин и без того хватает головной боли, да и мне тоже.

Он кивает, но его зеленые глаза настороженно смотрят на меня.

– Я знаю, о чем ты думаешь, папа. Я обещаю, что возьму вину на себя, если мама узнает. Я скажу, что ты умолял меня рассказать ей об этом, прежде чем она уедет в эту поездку, но я отказалась.

– Это может спасти мою шкуру, но не твою.

Я не хочу, чтобы она на тебя сердилась.

Он бросает быстрый взгляд в сторону библиотеки.

– Этого не случится. Мы с мамой никогда не станем такими, как мама и Кэтрин. Клятва на мизинцах.

– Двойная клятва на мизинцах?

Мы сцепляем мизинцы на обеих руках.

– Сделано.

Он улыбается, затем опускает взгляд на костяшки моих указательных пальцев, ярко-розовых от того, что я их постоянно кусаю, и улыбка исчезает с его лица.

– Мне придется поговорить с Кэтрин.

Никто не будет тебя торопить, ты ведь знаешь это? У тебя будет столько времени, сколько понадобится. На самом деле, – говорит он, глядя на свои часы, – ты сейчас под моим присмотром, и я запрещаю тебе даже думать обо всем этом в течение следующих двадцати четырех часов. Одевайся и выбирай фильм. Я думал предложить какой-нибудь мультик, но ты вправе выбрать, только если это будет комедия. А потом поужинаем где-нибудь, но только не здесь.