КООК-8. Враги

Страшно стало, вдруг меня упустят.

И надо же, режиссёр с операторами еще здесь прохлаждается, и такой сюжет не успевает пропасть. Они поворачивают камеры и начинают снимать полет Александры.

– Вы что сделали с Александрой? – накинулся режиссёр на учителя магии. – Почему она на веревке у вас?

– Может улететь и погибнуть, – пояснил свои действия Лев Петрович. – Вот веду ее на урок.

– Александру к парте привяжем, и не улетит от нас, – заявили дети хором.

– Это магическая школа, – дополнил слова детей Лев Петрович, – такое в школе магии воздуха бывает.

– Невероятно, снимай всё! – потребовал у оператора режиссёр. – Потом решим показывать это в эфире или нет.

Сверху мне всё видно хорошо, и как к нам бежит директор школы, вижу, и как остальные ученики школы стоят, подняв головы. Смотрят на мой пролет, и на лицах у них грусть вселенская.

– Лев Петрович, срочно в мой кабинет, – приказал директор школы.

– Сейчас Александру Карабас доведу до класса и подойду к вам, – сказал учитель магии воздуха.

Директор еле сдерживается от допроса на месте, такой залет в школе.

В классе меня привязали основательно к парте. Многие одноклассники подходили и проверяли узлы.

Ландыш Карловна, увидев режиссёра, как он направляется в наш класс, заволновалась. За режиссёром пришел оператор и стал снимать начало урока.

Такого еще не было, что бы телевидение снимало урок в магической школе.

– Посторонние не помешают вам вести урок, Ландыш Карловна? – уточнил директор школы.

– Что вы такое говорите, разве они посторонние, – бросала влюбленные взгляды на режиссёра учительница.

Оператор первым делом снимал на камеру мою ногу, привязанную к парте. Для чего ему потребовалось наклониться и заглянуть под парту.

– Что вы там делаете у девочки под партой? – раздался голос учительницы. – Вылезайте оттуда немедленно.

– Это моя работа, – оправдывался оператор, появившись из-под парты, – куда я только не лазил.

– Это мой класс, и я учительница литературы! Тут я главная! – сделала она указание оператору.

Я повозился на стуле, попа отрывается от него, если шевелиться. Нельзя мне двигаться, пусть нога и привязана, но тело всё еще находится в невесомости.

Выражение «сидеть как приклеенный» мне стало понятно теперь.

Ландыш Карловна отвлеклась от созерцания мужчины своего сердца и приступила к объяснению новой темы урока. А режиссёр занял свободную парту.

– Дети, я научу вас сегодня писать стихи, маленькие четверостишья.