Послушница тайной школы

Еще раз пройдясь обжигающим взглядом по оторопевшим лицам, она пустила своего скалящего зубы жеребца прямо в толпу, и та испуганно шарахнулась в стороны, давя друг друга.

Ей-ей, а я! Чуть не закричав это вслух, кидаюсь вслед своей защитнице. Хватаюсь за стремя и стараюсь не отставать от перешедшей на рысь лошади моей новоявленной хозяйки.

Мы едем как на параде перед строем людей, и я ищу в толпе ненавистную жирную морду. Вот он! Вижу злобные маленькие глазки, угрюмо вцепившиеся в мое лицо и не отводя взгляда, наслаждаюсь минутой своего торжества.

Мои глаза, моя довольная физиономия, все кричит ему – что съел сутенерская морда, иди теперь и сам ублажай своих толстозадых клиентов.

Глава 4

Освещенный бордель и людской гомон остались далеко позади, но я по-прежнему бреду в темноте за лошадью баронессы и не знаю, что делать дальше. Вроде бы нас никто не преследует, и я могу спокойно свернуть в любую подворотню, но зачем? В цирк я, конечно же, не вернусь, об этом и говорить не стоит, разве только затем, чтобы отрезать лживый язык Дуга и скормить его собакам.

Было бы здорово, но вряд ли исполнимо. Вернуться в Город Ветров, но как? Путь не близкий, а у меня ни денег, ни одежды, ничего.

В общем, в пору забиться в какой-нибудь угол и пореветь всласть, проклиная мужиков этих поганых и долю свою несчастную. Я бы так и сделала, но надо хоть поблагодарить свою спасительницу, а она все едет и едет вперед, не останавливаясь. Она вообще странная эта баронесса.

У нее такой взгляд, словно она все время глубоко в себе, поглощена одной целью, и только эта заветная звезда имеет для нее смысл и ведет ее. Такой взгляд я видела у паломников, прошедших сотни миль, чтобы увидеть храм Неистовой Бури. Ну да бог с ней с баронессой этой, надо поблагодарить ее, да и идти своей дорогой.

– Эй, Ваша милость! – Кричу, ускоряя шаг.

Стук копыт затихает, и лошадь вместе с наездницей одновременно поворачиваются ко мне.

– Ваша милость, благодарю вас за спасение.

 – Поднимаю глаза вверх. – Я ваша должница на всю жизнь, если когда-нибудь доведется вернуть вам долг, буду счастлива это сделать. Все что угодно, только скажите.

Огромные голубые глаза молча изучают мое лицо, будто видят впервые. Под этим взглядом мне становится как-то неуютно, словно он прощупывает меня изнутри, и я, уже не думая дождаться каких-либо ответных слов, произношу хоть что-нибудь, чтобы скрасить неловкость.

– Ну ладно, пошла я.