Волк на холме

 – Останови немедленно, как было сказано, и пересаживайся назад! А не хочешь – пиз… шагай обратно в Рим, на своих двоих!

– Бруно, что ты… не надо так… – попробовала вмешаться Малена и тут же просительно взглянула на Принца. – Лука, пожалуйста, остановись. Я сама пересяду назад.

– Куда ты пересядешь – тебя же укачивает до дурноты через сто метров! А он должен выполнять мои распоряжения, если хочет сохранить работу! – зашипел Центурион и треснул кулаком по спинке водительского кресла; Принц напрягся, готовый к любому развитию событий, но, к счастью, у синьора Гвиччарди соображалку отшибло не до конца, и он не стал устраивать драку в машине.

«Теперь точно на дверь укажет… ну и пусть, все равно это была дурная идея… до Браччано их довезу и баста», – Лука решил, что ему уже нечего терять, и рубанул правду-матку:

– Если ты, Центурион, собирался рулить, то не надо было поддавать за ужином. У тебя выхлоп-то приличный.

– Что?! Не твое дело! – от Бруно в самом деле пахло дорогим алкоголем, не так чтобы очень сильно, но достаточно, чтобы чуткий нос Принца распознал – это именно алкоголь, а не модный парфюм «с нотами виски».

– Нет, мое, раз уж ты мне свою тачку доверил. Ты пил, а дорога сложная, да вон, еще и гроза находит! Хочешь деньгами сорить (13) или со столбом встретиться или в кювет улететь, так за ради бога! Тебя не жалко, но с тобой жена. Вот ее жалко.

Он смотрел прямо перед собой, на дорогу, но чувствовал, что Малена смотрит на него… под ее взглядом на щеках Луки медленно проступила краска, как у школьника – хорошо, что уже стемнело.

Повисла тишина, нарушаемая только мерным урчанием мотора и шорохом дождевых капель, и немного учащенным дыханием всех троих.

Неожиданно Центурион тихо рассмеялся и хлопнул Принца по плечу:

– Молодец… честно – я был уверен, что ты прогнешься, как «Рома» в последней встрече с «Юве» (14), а ты, оказывается, противник пьяной езды. Вот уж никогда бы не подумал, что ты такой принципиальный.

Стиснув зубы, Лука промолчал: мог бы и догадаться, зная характер Бруно, что очередная «проверка на вшивость» непременно случится, и как обычно, там и тогда, где ее меньше всего ожидаешь…

С другой стороны, Центурион показал бы себя безответственным дураком, если бы перед отлетом за океан не устроил стресс-теста человеку, на которого оставлял жену.